10-й тезис: любой несогласный – педофил

Отправлено dodo от 31.12.2011 - 21:13

«Любой, кто выражает сомнения в верности этих воззрений, должен быть заподозрен в педофилии и производстве детской порнографии, т.к. каждому нормальному человеку не придет в голову сомневаться в вышеприведенных высказываниях»

Характерной чертой современного общества в области отношения к педофилам и детской порнографии является не только безоговорочная, безапелляционная убежденность в истинности указанных выше положений.

В силу того, что вера в описанные идеи очень прочно укоренилась в общественном сознании, а СМИ постоянно нагнетают обстановку, обыватель сделался крайне чувствительным к данной теме. Это приводит к поразительным психологическим явлениям: когда научное сообщество подходит к изучению педофилии непредвзято и обнаруживает, что масштаб проблемы преувеличен, как и вред педосексуальных действий, то вместо радости от осознания факта ранее имевшего место преувеличения проблемы, обыватель (и политик, ищущий его симпатии) мгновенно обрушиваются на академическое сообщество и с поразительным накалом эмоций не желают верить ему. Это также странно, как ситуация, при которой больной с подозрением на рак так сильно уверовал уже в то, что страдает раком, что когда ему сообщают о том, что он здоров, он вместо радости обрушивается на врача с критикой и скепсисом. По всей видимости, нежелание признать свою собственную ошибку и желание во что бы то ни стало оказаться правым в любых своих опасениях и страхах для обывателя куда важнее фактов.

Помимо уже описанного случая с метаанализом 1998 года, в США имела место целая череда всплесков общественной ненависти по отношению к выдающимся сексологам современности, которые осмелились опубликовать данные, шедшие вразрез с общественным мнением и политическими идеями.151 Недавно в России публичному остракизму подвергли Г. Дерягина, за его статью о педофилии, которую, судя по высказываниям о ней в СМИ, ненавистники Дерягина даже не потрудились полностью прочесть. Само обсуждение того, верны ли или неверны убеждения борцов с педофилами и детской порнографией, кажется, негласно под запретом:

Этот доктринерский и политически ангажированный подход к защите детей привел к нападкам на критиков, с которыми обращаются как с заблудшими и злокозненными еретиками, представителями какого-то реакционного общественного движения, чьи убеждения уничтожают результаты десятилетий труда по оказанию помощи детям, подвергшимся злоупотреблениям.152

Реакцией на попытки обсуждения становятся обычно две вещи:

  • Исследователя или просто непредвзято, объективно подходящего к проблеме человека автоматически демонизируют, самого зачисляют в педофилы, извращенцы, маньяки, насильники и т.д. без каких бы то ни было промедлений и разбирательств.
  • При полном отсутствии призывов к чему бы то ни было, журналисты и обыватели всегда умудряются найти в ряде научных статей «пропаганду педофилии» или ее «оправдания». Достаточно прочесть любую из обвиняемых в этом публикаций, чтобы не обнаружить там ни одного призыва и ни одного глагола в повелительном наклонении.

Складывается чрезвычайно тяжелая ситуация, при которой ученому просто опасно заниматься беспристрастным изучением педофилии. Ряд академических статей даже специально посвящен описанию того, какому остракизму и каким обвинениям подвергают ученых в данной области.153

Может показаться, что современный мир впал в массовое помешательство, однако, это не так. Современная ситуация является типичным примером общественной моральной паники154; подобные паники возникали и в прошлом, чередуясь с периодами относительного спокойствия и безмятежности. В США первая подобная паника имела место в период 1908 -1922 и характеризовалась общественными опасениями относительно неких "defective delinquents" [«психически неполноценных преступников»]. После затишья в конце 1920-х и начале 1930-х, возникла новая паника, продолжавшаяся с 1936 по 1957 годы; она была в изрядной степени спровоцирована случаем Альберта Фиша. В этот раз общественное зло получило наименование "sexual offender" [«сексуальный преступник»] и "psychopath" [«психопат»]. Расцвет общественного страха пришелся на конец 1940-х и начало 1950-х. Период 1957-1976 ("Libertarian Era" [«Либертарианская Эра»]) в этом отношении охарактеризовался вновь возникшим спокойствием, а также уничтожением цензуры, сексуальной революцией и легализацией порнографии (начиная с Дании в 1969 году). Публикации этого времени, посвященные педосексуальным действиям, видели ребенка зачинщиком, преследующим свою психологическую выгоду. Мало или вовсе не известные ныне, эти академические работы – будь они изданы сейчас – стоили бы авторам репутации и, вероятно, карьеры. С 1976 года начинается нынешний виток моральной паники; ситуация в корне не изменилась, изменились термины: ныне общественность пребывает в ужасе перед "pedophiles" [«педофилами»], "child abusers" [«лицами, злоупотребляющими детьми (в т.ч. сексуально)»] и "child molesters" [«лицами, домогающимися детей»]. Все обострения моральных паник характеризуются драконовским законотворчеством, совершенно неадекватным имеющейся проблеме:

В ответ законодатели прибегают к политике, которая наносит вред в областях, не имеющих ничего общего с изначальной проблемой, и отвлекает средства от мер, которые могли бы в действительности помочь защитить детей.155

Исследователи предполагают, что вообще образ сексуального преступника в общественном сознании в каждую эпоху полностью предопределен социетальными процессами и не имеет фактически ничего общего с реальностью. Другие академические работы посвящены подробному изучению сходных моральных паник на тему педофилов в других странах.156 Множество статей посвящено изучению общественного восприятия проблемы сексуальных преступников, включая тех, кто злоупотребляет детьми. Исследования показывают, что обыватели и политики руководствуются в первую очередь информацией из СМИ, разделяют широкий набор заблуждений и преувеличивают масштабы проблемы, уровни рецидивизма и т.д.157

Среди тех панических идей, которые привели к разрастанию нынешней общественной истерии относительно педофилов, следует упомянуть слухи о сатанических культах, практикующих секс с детьми (злоупотребления в рамках сатанинских ритуальных действий)158, а также феминистские идеи о том, что огромная доля женщин имеет психологические проблемы из-за имевшего место в детстве домогательства.159 В глаза бросается абсурдность подобных идей, тем не менее, невозможно отрицать их роль в зарождении современной моральной паники. Эта паника продолжает разрастаться, поддерживаясь системой положительных обратных связей. Учитывая свойства человеческой психологии, нет, в сущности, ничего удивительного в том, что безосновательные предположения могут получать статус чуть ли не прописной истины в глазах огромного количества людей.160

Потенциальные причины и механизм разворачивания моральной паники лаконично раскрыты во введении к одной из монографий, посвященных этой теме.161 Автор отмечает, что моральные паники зиждутся на страхе и тревоге относительно опасности, которая объясняется общественности посредством доминирующей идеологии. Эта идеология обслуживает интересы правящей элиты, сохранение ее власти и защищает ее экономическое и политическое положение. Опасность сильно преувеличивается, вследствие чего обыватель верит, будто она таится повсюду. Результатом является крайне широкая поддержка законов, основанных на искаженном взгляде на масштаб и природу проблемы, привлекающей к себе внимание. Это упрочивает положение верхних эшелонов власти и дает обществу ложное чувство безопасности. Законы, таким образом, неэффективны, но сохраняются в силу того, что граждане, которые поддерживают их исполнение в рамках системы правосудия, имеют очень скудное понимание того, что они пытаются преследовать и контролировать.

Нынешняя ситуация выглядит крайне тревожной. Неадекватное законотворчество и правовые практики, огромные усилия, затрачиваемые на борьбу с преувеличенной проблемой, и нагнетание массового страха имеют для общества большую цену. Борцы с педофилами и детской порнографией получили баснословные полномочия, средства и власть. Их количество, вполне вероятно, сильно превосходит количество тех, кого они преследуют. Эта ситуация очень тревожная, т.к. при нарушении определенного баланса между количеством борцов и количеством правонарушителей определенной категории, осужденных не может стать меньше.

В ФБР людей, занятых борьбой с детской порнографией, в два с лишним раза больше, чем занятых обеспечением национальной безопасности.162 В США существует целая организация людей, пострадавших от драконовских судебных решений, имевших место в силу текущей общественной паники.163 Сами дети и подростки становятся порою жертвами законов, призванных их защищать. Стражи порядка говорят нам, что дети злоупотребляют сами собою. Известны случаи, когда дети (в правовом смысле) привлекались в уголовной ответственности за то, что производили детскую порнографию со своим участием.164 Общественная ненависть и нетерпимость ко всем, кого только заподозрили в педосексуальных действиях, переходит все мыслимые границы, приводя к тому, что даже ни в чем не виновные лица навсегда теряют свою репутацию и доброе имя.165 В США за фотографию обнаженного 17-летнего человека можно отправиться в тюрьму на срок в два раза больший, чем за попытку его убить, и на в четыре раза больший, чем за нанесение ему тяжких телесных повреждений, повлекших смерть (!).166 Даже самые легкие случаи (например, добровольные сношения взрослого лица с подростком до возраста согласия) приводят к длительным тюремным срокам и обязательной регистрации в национальном реестре сексуальных преступников, посредством которого все личные данные и адреса нарушителей предаются гласности. Число зарегистрированных в США сексуальных преступников превышает население многих крупных городов.167 Помимо бесчисленного количества сломанных жизней, содержание всех этих людей в тюрьме, их регистрация и отслеживание обходятся налогоплательнищкам в баснословные суммы. Исследователи отмечают, что меры по регистрации, ограничению перемещения осужденных child molesters, не приносят должных результатов, а также что они создают дополнительные проблемы:

Законопроекты о сексуальных правонарушениях часто принимаются легко и безо всякой оценки их действенности в предотвращении рецидивизма и защите общественного порядка. Кроме того, высказывается очень мало критических замечаний, несмотря на многочисленные данные, свидетельствующие о том, что регистрация сексуальных правонарушителей и извещение их соседей являются неэффективными мерами и влекут множество негативных последствий.168

Согласно опросам, 74% американских граждан утверждают, что будут поддерживать эти меры, даже если в их пользу не будет иметься никаких научных доводов.169

В реестре сексуальных преступников Америки и Британии числятся даже дети 11 и 8 лет, занесенные туда за проявления здоровой детской сексуальности вроде игры в доктора.170 Детям из первых и вторых классов предъявляются обвинения в содомии171, дети 6 лет172 и даже 4-летние173 обвиняются в сексуальных домогательствах и сексуальных злоупотреблениях.174 Эти и другие дети подвергаются принудительному лечению методами, в том числе электрошоковой терапии (!), которые применялись в 1950-е для «лечения» гомосексуалов.175 Люди, которые даже не предприняли по факту никаких противоправных действий и которые были специально спровоцированы на нечто такое, что может быть истолковано, как проявления намерения совершить таковые, отправляются в тюрьму, попав перед этим (или для этого?) в целое телешоу, делающее рейтинг на общественной ненависти к педофилам.176 Еще 40 лет назад обыватель, благодаря которому это стало возможно и имеет место, не поверил бы в то, что такие вещи вообще могут происходить и заподозрил бы предположившего такое человека в безумии.

С 1978 года правоохранительные органы и законодатели борются с педофилами и детской порнографией; они получили почти неограниченную власть, расширили правовые практики до поражающего воображения абсурда, увеличили штаты работников во много раз и активно поддерживают и нагнетают общественную панику. За все это время (30 с лишним лет) ни разу борцы с детской порнографией и педофилией не заявили о том, что их старания дали результаты и проблема хотя бы стабилизировалась или начала исчезать. Напротив, за эти три десятилетия рьяной и масштабной борьбы, по отчетам самих же правоохранительных органов, проблема стала только еще более неразрешимой. Очевидно, что если бы речь шла о любой другой проблеме, такие борцы с нею уже очень давно лишились бы работы; но в данном случае семена моральной паники попали на очень благодатную почву – речь идет о детях, поэтому обыватель оказывается совершенно неспособен к критической оценке происходящего и готов сложить свои права и свободы к ногам полицейских. Трудно предсказать, сколько еще пройдет времени, прежде чем текущая моральная паника окончится и вновь установится период спокойствия.

Невозможно также закрывать глаза на тот факт, что активное муссирование темы педофилии и детской порнографии в СМИ отвлекает внимание и средства от решения намного более важных проблем, связанных с детьми по всему миру. Детский голод, детское курение, детский алкоголизм, религиозное насилие в форме принудительной индоктринации и ритуальное, в том числе сексуальное членовредительство177 не привлекают к себе в наши дни практически никакого внимания, обыватель игнорирует эти проблемы и не задумывается о них. В условиях российской реальности крайне остро стоит проблема детской беспризорности и высокой детской смертности. В России насчитывается несколько миллионов беспризорных детей178, количество которых – как и количество детей, больных алкоголизмом, токсикоманией и сифилисом – растет даже по официальной статистике. Основной мотив детоубийств новорожденных, совершавшихся женщинами в России в 2002 году, – нищета: ребенка нечем кормить и из милосердия его пытаются умертвить быстро вместо того, чтобы обрекать на голодную смерть.179 Эти проблемы не привлекают и одной десятой доли того внимания, которые привлекает тема педофилии. Если бы борцов с педофилией и детской порнографией действительно волновали дети, а не собственный политический рейтинг, они сумели бы расставить приоритеты. Очевидно, что проблема педофилии, скорее всего, не вошла бы даже в десятку самых тяжелых проблем, связанных с детьми в России, а может быть и во всем мире.

Коротко говоря, главные критические замечания в адрес борцов с педофилами и детской порнографией звучат так:

При нынешней социальной, политической и финансовой модели постановки борьбы с педофилией и детской порнографией, количество осужденных людей, в том числе чрезмерно или вообще незаслуженно пострадавших, не может уменьшиться. Действия борцов с педофилией и детской порнографией не только умножают человеческие страдания, ломая жизни и уничтожая репутации, но и дорого обходятся гражданам их стран, отвлекая ресурсы от решения намного более важных проблем, связанных с детьми.

Подводя итог данной секции, отметим следующее:

  • совокупность современных общественных процессов, законодательной активности и массового восприятия проблемы педофилии является типичным примером моральной паники, подобные которой периодически возникают уже много десятилетий;
  • спектр пропагандируемых и принимаемых мер только поглощает ресурсы, порождает массу новых проблем и никак не способствует решению уже имеющихся;
  • масштабы проблемы педофилии и детской порнографии весьма преувеличены в общественном сознании; сомнения в этом, как и в других слепо разделяемых обывателями и политиками идеях, может легко стоить усомнившемуся человеку репутации, а то и карьеры; диспропорциональное внимание теме педофилии и детской порнографии отвлекает средства от неизмеримо более важных, глубоких и серьезных проблем, связанных с детьми;
  • правовые практики и принятые законы переходят все границы адекватности, приводя к тому, что даже малолетние дети страдают от законов, которые призваны их защищать.


151 См. H. Wakefield "The Effects of Child Sexual Abuse: Truth Versus Political Correctness"

152 "This doctrinaire and politically charged approach to child protection led to a counterattack against critics who were treated as misguided or malevolent heretics – members of a supposed social backlash movement whose beliefs would roll back decades of progress made on behalf of abused children", J. Earl "Child Pornography, The Politics of Child Abuse, and the Abuse of Innocence: Analysis and Commentary"

153 Rind, B., Tromovitch, P., Bauserman, R. (2000) "Condemnation of a scientific article: A chronology and refutation of the attacks and a discussion of threats to the integrity of science", Rind, B., Tromovitch, P., Bauserman, R. (1999, November 6). "The clash of media, politics, and sexual science: An examination of the controversy surrounding the Psychological Bulletin meta-analysis on the assumed properties of child sexual abuse". Talk presented at the 1999 Joint Annual Meeting of the Society for the Scientific Study of Sexuality and the American Association of Sexuality Educators, Counselors, and Therapists, St. Louis, Missouri.

154 P. Jenkins "Moral Panic: Changing Concepts of the Child Molester in Modern America"; K. McCartan "'Here There Be Monsters': the public's perception of paedophiles with particular reference to Belfast and Leicester"

155 P. "In response, lawmakers implement policies that may cause harm in areas having nothing to do with the original problem and that divert resources away from measures which might genuinely assist in protecting children", Jenkins "Moral Panic: Changing Concepts of the Child Molester in Modern America"

156 См., например, P. Jenkins "Intimate Enemies: Moral Panics in Contemporary Great Britain"

157 Обзор подобных работ и самостоятельное исследование см. в Stacey Katz-Schiavone "Myths and Facts About Sexual Violence: Public Perceptions and Implications for Prevention"

158 "satanic ritual abuse", Fraser, GA (1997) "The Dilemma of Ritual Abuse: Cautions and Guides for Therapists"

159 A. Adler "The Perverse Law of Child Pornography"

160 См. результаты некоторых опытов по социальной психологии, например, опытов Эша.

161 L.M. Kruse "Sex offenders, sexuality, and social control : a case study in the social construction of a social problem"

162 R. Fogarty "FBI digital counterintelligence weakened by focus on child porn" // http://www.itworld.com/security/160701/doj-fbi-cyber-security-largely-incompetent-obsessed-child-porn

163 http://www.ReformSexOffenderLaws.org/

164 A.F. Kimpel "Using Laws Designed to Protect as a Weapon: Prosecuting Minors Under Child Pornography Laws"

165 Описание 150 случаев подобных судебных решений см. в M. Burns "False Accusations of Sex with Juveniles"

166 M. Burns "Throwing Away the Key"

167 M. Burns "Counting and Over-Counting Sex Offenders"

168 "Legislation regarding sex offenses is often passed swiftly with little to no evaluation of the effectiveness of such policies on preventing recidivism and protecting the public. Further, little criticism is raised despite overwhelming evidence that sex offender registration and community notification is ineffective and has many negative consequences", L.M. Kruse "Sex offenders, sexuality, and social control : a case study in the social construction of a social problem"

169 Stacey Katz-Schiavone "Myths and Facts About Sexual Violence: Public Perceptions and Implications for Prevention"

170 M. Burns "Criminalizing Child‘s Play"

171 E. Sinociv "First Graders Face Sodomy Charges" // http://www.14news.com/story/2931302/first-graders-face-sodomycharges?nav=3w6nWEna&redirected=true

172 6-Year-Old Accused Of Sexual Harassment // http://www.thedenverchannel.com/nationalnews/6836257/detail.html

173 4-year-old suspended after hugging teacher's aide // http://www.pantagraph.com/news/weird-news/article_b72f2ac5-b91b-5af6-ae79-7ac99699ae4f.html

174 B. Smith "Boy, 6, accused of sex abuse"

175 Arousal Reconditioning // http://www.ethicaltreatment.org/reconditioning.htm

176 См. Catch a Predator с Крисом Хенсеном.

177 В мире ныне приживают от 100 до 140 миллионов женщин, подвергшихся ритуальному сексуальному членовредительству в форме разных вариантов женского обрезания. См. http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs241/en/

178 Аналитический Вестник Совета Федерации РФ 20 (176) С. 35-36, М.П. Титова «Детская беспризорность как угроза национальной безопасности России: социологический аспект»

179 Ювенский, Шумский, Калюжная «Женщины- убийцы»

Комментарии

Ну, а коли так - чем плохо быть "педофилом"?

Слово "диссидент" в СССР сначала было ругательством, потом - характеристикой, а потом вообще чуть ли не похвалой.

Думаю, в свете безумств жирнозадой мрази в законодательных органах то же произойдёт и со словом "педофил", и со словом "насильник".