В чём разница между педофилом и насильником?

Отправлено admin от 23.07.2009 - 23:12

Перевод с английского. Оригинал. Автор текста - Линдсей Эшфорд

В современном обществе, когда человек слышит о похищении или изнасиловании ребёнка, у него автоматически возникает мысль, что это сделал какой-то педофил. Так сложилось, что слово “педофил” стало синонимом понятия “насильник детей”. Но насколько верна эта ассоциация? Многие специалисты в вопросах человеческой сексуальности совершенно чётко заявили, что между этими двумя понятиями есть существенная разница. Более того, они показали, что в большинстве случаев насилие над детьми совершается людьми, которые совсем не являются педофилами. Раз так, то кого стоит называть педофилом?

Определение педофилии

Американская психиатрическая ассоциация в своём основном руководстве по диагностике заболеваний (DSM-IV TR) определяет педофила как человека, у которого "в течение 6 месяцев появляются неоднократные возбуждающие фантазии большой интенсивности, сексуальные желания или образы поведения, включающие в себя сексуальную активность с ребёнком или детьми доподросткового возраста (обычно в возрасте до 13 лет включительно)". Также там сказано, что этот человек или совершал поступки на основе своих желаний или в результате их наличия испытывал отчётливые умственные страдания или трудности в межличностных отношениях. Другими словами, педофил мог пытаться как-то удовлетворить свои желания, но это не является обязательным условием. Исследователи сексуальности Ральф Андеруогер и Холида Уейкфилд в своём труде "Особые проблемы в случаях сексуальных злоупотреблений" пишут:

"Хотя понятия 'сексуальный преступник против малолетних' и 'педофил' употребляются как синонимы, необходимо проводить между ними различие. Первый термин означает преступное поведение в сексуальной сфере, а второй - аномальные сексуальные предпочтения. Многие педофилы никогда не пытаются реализовать свои желания. В то же время, не все люди, совершившие сексуальные преступления против малолетних являются педофилами."

В 2002 году четверо учёных - Фэган, Уайз, Шмидт и Берлин в своём труде под названием "педофилия" пишут:

"Такие термины как "сексуальные злоупотребления против детей", "инцест", "насилие над детьми" и "педерастия" не являются синонимом педофилии. Термины, которые обозначают секс с малолетними являются названиями преступлений, в то время как педофилия - это сексуальное влечение к детям. Не все из тех, кто совершает сексуальные злоупотребления в отношении малолетних являются педофилами. Например, некоторые из совершающих эти преступления выбирают детей просто по той причине, что они доступнее. Секс с малолетними не является неопровержимым фактом, доказывающим педофилию. Кроме того, не все люди, которые удовлетворяют диагностическим критериям педофилии, совершают сексуальные преступления в отношении детей."

Хотя в некоторых источниках педофилия считается психическим расстройством, она также признаётся как сексуальная ориентация, которая не выбирается человеком. Учёные во главе с Фэганом пишут:

"В процессе психосексуального развития ни один человек не принимает самостоятельного решения, к чему у него будет влечение: к мужчинам, к женщинам, к мальчикам или к девочкам. Напротив, люди просто обнаруживают, какая категория является для них сексуально привлекательной, т.е. свою сексуальную ориентацию."

Ситуационный преступник

Кеннет Ланнинг, автор руководства для следователей по вопросам данных преступлений, пишет:

"Cудя по всему, ситуационные преступники вступают в сексуальные отношения с детьми по причинам, отличным от наличия у них подлинного предпочтения детей как сексуальных объектов. Дети здесь являются заменителем, и эти сексуальные злоупотребления практически не имеют никакого отношения к педофилии."

Из этого следует что, множество случаев сексуальных злоупотреблений в отношении детей совершается людьми, которые не являются педофилами. Раз так, то кто же такие эти насильники? Психиатрическое сообщество определяет "ситуационного преступника" как человека, который обычно испытывает влечение к взрослым, но по той или иной причине решил удовлетворить сексуальное желание с помощью ребёнка. У таких людей могут быть слабые социальные навыки, что затрудняет им поиск партнёра в своей предпочитаемой категории. Они могут состоять в отношениях со взрослым, в которых секс отсутствует. Они могут испытывать одиночество после расставания с партнёром. Как бы там ни было, они обычно находятся в ситуации, где присутствуют дети. Это могут быть дети, живущие в их доме или по соседству, с которыми они знакомы. Эти люди могут посещать церковь или участвовать в социальной группе, где они присутствуют. Затем возникает ситуация (или сам ситуационный преступник создаёт её), при которой он остаётся наедине с одним из этих детей. Возможно, под влиянием стресса, спиртного или наркотиков его уровень сдержанности снижается и он использует момент уединения с ребёнком, чтобы удовлетворить своё желание.

 Ланнинг, являющийся сотрудником подразделения ФБР по вопросам поведения, в своём труде "Насильники детей: поведенческий анализ", опубликованном в 1987 году, пишет:

"У ситуационных преступников дети не являются предпочитаемыми партнёрами. Однако они могут совершить насилие над детьми под влиянием совершенно различных ситуационных причин. Эти люди обычно смотрят и возбуждаются от порнографии с участием взрослых, но в определённых ситуациях могут вступать в сексуальные отношения с детьми. Ситуационные преступники обычно подвергают насилию тех малолетних, к которым у них есть лёгкий доступ, таких как их собственные дети или те, с которыми они живут или которых опекают. Подростки, достигшие половой зрелости являются наиболее вероятными сексуальными объектами и поэтому находятся в зоне риска. Дети более младшего возраста также могут стать жертвами насилия, потому что они слабы, уязвимы и легко доступны. Морально неразборчивые ситуационные преступники могут предпочесть детей, особенно подростков, просто потому, что у них возникла такая возможность или они считают, что смогут избежать проблем. Люди, плохо приспособленные к жизни в обществе могут выбирать детей из чувства небезопасности и любопытства. У других просто низкая самооценка и они используют детей в качестве замены взрослым, к которым они в реальности испытывают влечение".

Именно такие случаи составляют значительное большинство среди всех сексуальных злоупотреблений в отношении детей. Ланнинг считает, что до 90% всех случаев сексуального насилия над детьми совершается ситуационными преступниками. Совершенно ясно, что эти люди не являются педофилами. У них сексуальные фантазии с участием детей возникают лишь в редких случаях, если вообще возникают. Ситуационные преступники просто используют возможность, которая сама собой представилась. Они могут неоднократно пользоваться доступностью ребёнка или детей, но на самом деле они предпочитают взрослых. Для них ребёнок - это лишь замена взрослому, а не предпочтительный сексуальный объект.

Совершают ли педофилы совращение малолетних?

Бывают случаи, когда педофилы также преступают законы о возрасте согласия, вступая в запрещённые сексуальные отношения с детьми. Однако в этих ситуациях их образ действий обычно совершенно отличается от поведения ситуационного преступника. В то время как последний просто использует сложившуюся ситуацию, при которой ребёнок доступен, для удовлетворения сексуальных потребностей, которые он не может удовлетворить в других условиях, педофил переходит черту в условиях отношений с ребёнком, которые развиваются уже определённое время. Ребёнок для педофила является предпочтительным сексуальным партнёром, и он желает не только и не столько сексуального удовлетворения, а в первую очередь любви. В то время как закон запрещает такие отношения, педофил считает их естественным продолжением, подлинным выражением любви, которая возникла между ним и ребёнком. Однако многие педофилы никогда не пересекают эту черту, осознавая заложенные в этом опасности как для себя, так и для детей.

К сожалению, бывают случаи, когда педофилы из-за отчаяния или гнева проявляют нездоровое поведение и вступают в сексуальные отношения с несовершеннолетними не по любви, а из эгоизма. Давление, вызванное постоянной необходимостью скрывать свою сексуальную ориентацию может оказаться слишком сильным. У педофилов, имеющих влечение только исключительно к детям, накопившееся сексуальное напряжение может стать невыносимым. Другие факторы в их жизни могли привести к тому, что стресс накопился в огромном количестве. Как бы там ни было, их чувства, основанные на доброжелательности и любви к детям, временно отключаются и эти люди начинают действовать в агрессивной, принуждающей и насильственной манере.

Предотвращение сексуальных посягательств на детей: несколько практических шагов

Очевидно, что наиболее важной проблемой, которую надо решать в вопросе сексуальных злоупотреблений - это как предотвратить ситуационную преступность, поскольку именно она составляют наибольшую часть этих правонарушений. Поскольку дети не являются основной ориентацией ситуационных преступников, практически невозможно заранее их выявить. Следовательно, наилучшей стратегией будет постараться обучить широкие массы людей возможным последствиям стресса или неудач в сексуальной сфере, в надежде на то, что люди, попавшие в такие ситуации обратятся за помощью до того, как начнут вымещать свои неудачи на детях. Те, кто знаком с людьми, находящимися в этой группе риска могут также обратиться к ним из чувства любви и сострадания и попытаться убедить их обратиться за психологической помощью.

Обучение детей

Помимо мер прямого предотвращения, следующим лучшим препятствием к насилию над детьми, является дать им нужные знания. Насильники обычно действуют на основе убеждения, что их поступки не будут раскрыты. Насильник вряд ли решится совершить своё чёрное дело, если подозревает, что ребёнок сообщит другим о том, что с ним сделали. Обучение здесь означает объяснить детям, что сексуальные домогательства, которые могут совершаться по отношению к ним, не являются их собственной виной и что они не сделали ничего плохого, из-за чего эти явления могут происходить. Дети также должны усвоить, что при попытках вовлечь их в сексуальные отношения, в которых они не желают участвовать, можно сообщить об этом любому взрослому, не только своим родителям. Также дети должны понять, что если к сексу их принуждает кто-то из родителей или родственников, это всё равно недопустимо и что их любовь к этим людям была использована во зло, если имело место принуждение к поступкам, которые они не хотели совершать.

Реабилитация

 Насильники часто испытывают сильные угрызения совести, поняв, сколько страданий они принести, использовав детей в своих целях. Они осознают, что навязывание своей воли детям и принуждение их к тому, что они не хотели делать, было ошибкой. Следовательно, частью процесса реабилитации, помимо тюремного заключения, должна быть терапия, направленная на то, чтобы дать им понять, что насилие не является правильным способом борьбы со стрессом или последствиями неудач и объяснить этим людям как можно найти более продуктивные и менее опасные методы борьбы с ними в будущем. Доктор Фред Берлин из Национального института предотвращения, изучения и лечения сексуальных травм, в своём интервью на Конференции католических епископов США, сказал:

"Мы говорим о причинах, которые усиливают влечения, испытываемые людьми, и подобно тому, как алкоголик в стрессовом состоянии выпивает с целью облегчить страдания, человек с трудностями в сексуальной сфере может прибегнуть к сексу, чтобы почувствовать себя лучше во время стресса, депрессии или даже скуки. Частью лечения является объяснить людям эти причины, включая как внутренние состояния, такие как стресс или скука, так и ситуации на внешнем уровне."

Как только отбывшие срок заключения люди возвращаются в общество, им должны быть доступны группы поддержки, куда они смогут обратиться во время жизненных кризисов и где им помогут вспомнить то, чему они научились. И самое главное, должны быть поддерживающие их семьи и друзья, способные помочь им оставаться позитивными людьми и содействовать в своевременном распознании признаков недомогания и обращении за помощью.
 Важно также отметить, что клеймо человека, занесённого в "чёрный список" сексуальных преступников, также не является полезным в процессе реабилитации. Фэган и его коллеги пишут:

"Законодательство требует публичного раскрытия того факта, что определённый человек является зарегистрированным сексуальным преступником. Из соображений, что в этих условиях трудно найти жильё, работу и признание в обществе, такие правила могут сделать успешное лечение ещё более затруднительным."

Работа с педофилами

Что касается непосредственно педофилов, то нужна более разносторонняя программа. Дело в том, что педофилия является ориентацией на всю жизнь и с ней необходимо работать на постоянной основе. Поскольку общество требует от педофила, чтобы он всю жизнь подавлял свою сексуальную ориентацию, оно несёт ответственность не только за то, чтобы понять причины педофилии, но и за то, чтобы дать возможность педофилу жить нормальной жизнью.

Научные исследования

Сейчас мы очень мало знаем о причинах педофилии. Большинство существующих исследований основываются на данных, собранных из клинических или судебных источников. Данные этих исследований получены от людей, педофилов и непедофилов, которые были осуждены за сексуальные преступления в отношении детей или находились на лечении в психиатрических клиниках из-за нестандартных половых влечений. Но это лишь вершина айсберга. Ведь есть очень много педофилов, которые никогда не пытались реализовать свои сексуальные желания, и об этих людях почти ничего не известно.
 Фэган и его коллеги пишут:

"Педофилия - это диагноз, применимый лишь к части лиц, совершивших сексуальные злоупотребления в отношении детей. Информация была взята из опубликованных исследований педофилии и сексуальных злоупотреблений, чтобы представить нынешний уровень знаний. Несмотря на немалый объём опубликованных и рецензированных статей на темы сексуальных злоупотреблений, насилия над детьми и сексуальных преступников, наши данные и база знаний о педофилии имеют значительные ограничения".

Тот факт, что мы знаем о педофилах мало или практически ничего, делает невозможным оказание помощи всем людям с подобными влечениями. Если мы хотим найти приемлемый способ жить в одном обществе с педофилами, нужно поддерживать научные исследования, а не препятствовать им и сделать возможным для педофилов участвовать в них без страха быть раскрытыми публично. Учитывая то, что в нашем обществе количество людей, испытывающих влечение к детям может составлять от 2 до 20% населения, или от 6 до 60 миллионов человек в одних США, это обязывает общество принять чёткие шаги в направлении понимания этих людей, вместо отчуждения и клеймления.

Деклассификация

 В настоящий момент, американская психиатрическая ассоциация классифицирует педофилию как сексуальное расстройство. Безусловно, это не самая распространённая сексуальная ориентация, но делает ли её это расстройством? В работе "DSM-IV TR и парафилии: аргумент в пользу исключения" учёные Мозер и Клейнплатц пишут:

"Справочник заболеваний DSM-IV TR редакции 2000 года устанавливает свои стандарты по включению диагнозов и изменениям его текста. Раздел парафилий был подвергнут анализу на предмет того, как DSM соответствует этим стандартам. Концепция парафилии как психической патологии была проанализирована и подвергнута критическому рассмотрению, чтобы определить, соответствует ли она определению психического расстройства, представленному в данном справочнике. В результате оказалось, что это не так. Диагностическая категория парафилий была подвергнута критике с точки зрения логики, последовательности и ясности, а также в том, являются ли они каким-то отдельным психическим расстройством. В справочнике приводятся "факты", которые якобы подтверждают различные содержащиеся в нём утверждения. Достоверность этих "фактов" была также подвергнута тщательному рассмотрению. Было обнаружено мало подтверждающих их свидетельств. Были отмечены недостатки в сложившейся традиции приравнивать определённые сексуальные интересы к психическим нарушениям. Мы пришли к заключению, что раздел парафилий имеет столь много недостатков, что его следует исключить из справочника DSM."

Мозер и Клейнплатц сделали заключение, что данную классификацию нельзя считать допустимой, она лишь является следствием традиции, которая не выдерживает научного анализа:

"То, какие сексуальные интересы считаются ненормальными, часто меняется: мастурбация, оральный, анальный секс и гомосексуализм в прошлом считались психическими расстройствами или симптомами психических расстройств. Но сейчас они обычно считаются частью спектра здоровых проявлений сексуальности. Подобно этому, есть явления, которые в прошлом считались нормальными, но сейчас считаются нарушениями психики (напр. пониженное сексуальное желание, отвращение к сексу, аноргазмия у женщин и т.п.). Чрезвычайно трудно исключить исторические и другие культурные факторы из процесса категоризации необычных сексуальных влечений. В этих условиях, эмпирически обоснованные научные определения здорового и нездорового сексуального поведения будут и дальше ускользать от нас."

Если её основания опираются на общественные и культурные представления, а не на научные исследования, разве не стоит тогда вообще отказаться от классификации нестандартного сексуального поведения как патологий? Как получилось, что либеральная демократия, такая как существует в США, допускает такое положение дел?
Для педофилов результат этой ситуации весьма прискорбен. Даже в случаях, когда они не совершили никакого преступления, эта научно необоснованная классификация изолирует их и заставляет бояться за своё благополучие. Особенно в стране, где уже был прецедент, легализовавший превентивное помещение педофилов в психиатрические клиники, этих людей только глубже загоняют в подполье, заставляя делать всё возможное, чтобы ещё сильнее скрывать свою ориентацию. Вызываемый этим стресс ведёт помимо всего прочего к депрессии, низкой самооценке и пониженной трудоспособности. В особых случаях оно может даже привести к опасному поведению, о котором говорилось выше.

Консультирование

 В настоящий момент общество требует, чтобы педофилы соблюдали установленные в нём законы, в то же время не предоставляя им никакого способа выразить свои чувства. Для людей, имеющих проблемы с другими видами поведения, которые общество считает недопустимыми или неприемлемыми, существует целый ряд возможностей для общения и лечения. Те, кто страдают болезненными привязанностями, могут обратиться за медицинской помощью, профессиональной консультацией или искать поддержки в религиозных учреждениях. То же самое относится к людям с расстройствами питания, навязчивыми состояниями, страдающим от депрессии или низкой самооценки. Даже люди с экстремистскими политическими воззрениями, такие как расисты, фашисты, анархисты и коммунисты, имеют возможность выражать свои взгляды, право на публичные собрания и другие виды распространения своих идей. Но из-за безумных предрассудков общества, у педофилов практически нет безопасного места, куда бы они могли обратиться. Лишь просто заявив о своей сексуальной ориентации, педофил рискует быть отвергнутым своей семьёй и друзьями, подвергнуться гонениям со стороны людей, рядом с которыми он живёт, потерять работу или жильё или даже подвергнуться выдуманным обвинениям в преступлениях против детей. Фред Берлин пишет:

"Педофилам должно быть предоставлено больше возможностей получить помощь. Люди, испытывающие такие желания, должны знать, что помощь доступна. Общество столь репрессивно по отношению к этой проблеме и клеймит этих людей настолько, что нужно поощрять их стремление обращаться за помощью, убеждая, что им помогут, а не причинят страдания."

Общество поступает несправедливо, желая, чтобы педофил полностью отказал себе в реализации своей сексуальности, в то же время не дав ему ничего взамен. Поэтому его долгом является дать педофилам безопасную, анонимную и лишённую угроз возможность обсудить свои чувства и найти способ жить с ними. Нужно обучить специалистов в области психического здоровья и священнослужителей тому, чтобы с сочувствием и пониманием относиться к педофилам, а также, научить предлагать вместо [сомнительного] лечения решения и стратегии того, как педофилы могут справиться со своими чувствами. В конце концов, педофилия - это сексуальная ориентация, а не болезнь, которую можно излечить.

 Фэган и его коллеги пишут:

"Исторически сложилось, что с учётом сложности проблемы и сопутствующего общественного порицания, для людей с педофилией сейчас существует относительно немного ресурсов по вопросам психического здоровья, и лишь немногие психиатры и психологи подготовлены достаточно, чтобы вести исследования или заниматься лечением пациентов."

В идеале, лучшим решением было бы полное снятие клейма с педофилии и педофилов. Даже если общество и дальше продолжит ставить сексуальное поведение педофилов вне закона, оно не должно делать фактически преступниками или отверженными тех из них, кто не совершил никаких преступлений. Если педофилы смогут открыто заявлять о имеющейся у них ориентации, без страха за свою безопасность, большая часть давления, которое им приходится сейчас терпеть, уйдёт и они смогут жить гораздо более плодотворной и удовлетворённой жизнью, чем сейчас.