Сопроводительный документ к выступлению Тома В. О'Кэрролла на Симпозиуме по половой приватности съезда Международной академии сексологических исследований в Париже, июнь 2000 года

Отправлено Кирилл Галабурда от 31.05.2016 - 14:28

Сопроводительный документ к выступлению Тома В. О'Кэрролла на Симпозиуме по половой приватности съезда Международной академии сексологических исследований в Париже, июнь 2000 года

Данный текст является сопровождением к моему выступлению на Симпозиуме по половой приватности. Сначала разрабатывался как план, однако впоследствии расписался на большее, чем хотел сказать. Я здесь увлёкся комментариями, наделёнными порою самостоятельной ценностью. Готовь я книгу, вышла бы связнее. Могу лишь оправдаться нехваткой времени, хоть увлекающийся предметом отыщет и более краткий путь к интересующему вопросу.


Прошлогоднее решение суда Британской Колумбии потрясло СМИ, лоббистов и политиков, рисующихся защитниками детей. Феминистки потребовали судью-мужчину в отставку наперекор уважению со стороны парламентариев за взвешенность и педантичность. Замечательно, что в апелляционном суде две судьи женского пола вопреки протесту судьи мужского первоначальный приговор утвердили.

Приговор этот касался дела Робина Шарпа, защищавшего право частной собственности на детскую порнографию. Вопреки раскрутке педоистерии в последние четверть века с усиленным завинчиванием гаек. Ужели судьи сошли с ума? Может, ими телепатически правят педопланетяне?

Вряд ли, скорее просто задумались о соразмерности нарушения и наказания, о правах человека, свободе слова-мысли-мнения-самовыражения1. Раскрыли Canadian Charter of Rights and Freedoms, где сказано, что наказание не должно быть вреднее нарушения. Решили, что, может, и вредно держать порнуху дома, страданий вследствие полицейского вторжения с отбиранием имущества больше. Настаивание на законе противу хранения порнографии противно базовой демократической свободе мысли, которую нельзя преступать ради вреда, который лишь предполагаемый. Кроме того, подобное же решение год назад принято в Новой Зеландии по поводу дела Геральда Мунена2. Кроме того научное заключение Великобритании насчёт Интернет-порнографии с рекомендацией отмены преследования за частное владение детской порнографией3.

Что происходит? Весь мир знает, что страшнее детского порно ничего быть не может — оно, как один полицай рассказывал Конгрессу США, "хуже убийства"4. Такое зло намного превышает страдания педофилов, и цель искоренения порнухи может оправдывать любые средства.

Но Его Честь господин Шоу не положился на то, что "весь мир знает", а затребовал объективные доказательства, будто хранение порнографии причиняет страдания. Полиция со свидетелями на суде заявляли: педофилы порнухой стимулиуемы на секс, кроме того, могут использовать её в обольщении детей. Судья прислушался, но прислушался также к доводам обратным. В частности, детская порнография служит альтернативой сексу с детьми как предохранительный клапан. Имеется датский нескольколетний опыт, когда приобретение-хранение детского порно было законным, и за который срок половых преступлений "против" детей стало значительно меньше — по сравнению со статистикой до легализаци и после повторного запрета5. Подобное же при либерализации ФРГ в 1972–1980 годах — уменьшение половой преступности на 11%6. И сам Шарп отмечал: если детское порно провоцирует секс с детьми, где ж увеличение половой преступности в век Интернета?7

Суд оценил и другой довод, якобы порноманы "поддерживают отечественного производителя", преступления перед камерой стимулируя. Такой довод оказался неубедительным. Чаще всего "детская порнография" не изображает преступлений. В большинстве произведений не больше, чем дети на нудистском пляже — нет и намёка на секс, тем более со взрослыми. Исследование коммерческого ДП в журналах 1970-х — начала 1980-х годов изображений секса со взрослыми выявило только 14%. В большинстве, 61%, произведений дети лишь играли или позировали8.

Порноборцы любят обнажение ребёнка выставлять насилием и пугать ухудшением ситуации9, как и соблазнением детей при помощи ДП. Исследователи с полицией прекрасно знают, что для соблазнения детей применяется порно не детское, но взрослое — хранение которого несмотря на это запретить не призывают10.

Нарушение права частной собственности любят оправдывать ужасными, но безосновательными допущениями, будто детское порно — часто БДСМ-ное. На деле Джеймса Смита (США), фотографировавшего голых отроковиц, осуждали за моделей, друг друга хлеставших норковым хвостиком. Они были в одежде, смеялись, и всё было шуткой. Тем не менее, норковый хвостик охарактеризовали как "орудие наподобие хлыста", чтобы Смита засудить на пять лет. За "садо-мазохистское" надругательство11.

В уже канадском процессе подобное шили Робину Шарпу за текст "Sam Paloc's Flogging".

Порноману садистские фантазии, возможно, бывают. И будто бы Гарри Глита с якобы коллекцией картинок о связывании по половине суток целый год искал Интернетом ДП12 — может оказаться правдой. Откуда видно, что даже такому труженику педосадитское порно разыскать сложно. Вопреки всему нарассказанному СМИ.

Нельзя забывать и то, что хотя Гарри Глита детям нравился, мог и развлекаться с ними, но садистские фантазии не воплотил ни разу. Предполагаемый садо-мазохизм остался в его голове как часть его законной приватности. Попытки вменить ему девчонку, разодетую по-школьному, называющую подозреваемого папой, провалились на суде, хотя прошли на ура в СМИ. Пытаемых на камеру детей всё равно не доказали. А судья проговорился, что в разруганной картинке, наистрашнейшей во всей 4000-й коллекции, насилие скорее всего понарошное.

Но будь изображение даже достоверным, ужели виноваты зрители? Обращение порно возможно разве что на Usenet'е. По понятной причине картинки размещают анонимно, поэтому прибыли нет. Иногда наслушаются СМИ некоторые горе-продюсеры, но заработать не успевают. Ибо кого нашли покупатели, того найдут и мусора. Миллиардная детопорноиндустрия — миф.

Чтобы дети не страдали, нужно бороться не с потребителями, но с производителями. Порноколлекционеры держат обычно фотографии сто раз ксеренные, старинные. Разрушение готового произведения не счастливит никого — даже наоборот. Дефицит производство стимулирует. Жаждущие детского порно, которого нет, сами попытаются создать. Устранение ДП с Интернета риск изготовления повышает13.

Во Британской Колумбии судьи беспокоятся по поводу нечёткости закона, позволяющего сажать без разбору. Криминальное право не просто в коллизии с имущественным, а повинно в ущерблении безобидных порнохранителей, в том числе художников и родителей.

Оставленные должности, разрушенные семьи, отвернувшиеся друзья — на совести порноборцев. Это не справедливое возмездие, поскольку множество наказанных удивляются быть поставленными в одном ряду с "извращенцами". Скандально британское преследование в отношении телеведущей Юлии Сомервиль, которая со знаменитым архитектором Ерёмой Диксоном обвиняемы за фотографирование семилетней дочери в ванной. Фотолаборатория настучала, боясь за свою шкуру.

Знаменитости затравлены газетчиками14, но многие безвестные семьи пострадали сильнее, поскольку не было связей в СМИ15. Много погублено художников, у которых и моделей нет. Подавление виденья и воображения — звонок не только для правозащитников, а и для сторонников демократии.

К примеру, живописец и фотохудожник, историк искусства Грэхем Овенден, является видной фигурой английского ритаулизма — широко выставляемый герой документалок. В 1993 году скотланд-ярдовский обыск на дому, конфискация значительной части работ. Фотографии с обнажёнными детьми сделаны по родительскому согласию, но журналисты включили художника с его друзьями в педобанду16. Ещё художник, Рон Оливер, являлся профессиональным детским фотографом и никогда не был судим. Однако бизнес его развалился, когда вместе с 20000 клиентскими негативами, клиентскими папками, фотографиями, конфисковали также рабочий компьютер17. За океаном это же с художником Иоком Стёжесом18. Владельцу галереи, выставлявшей покойного Роберта Мапльфорпа, не повезло с единственной картиной девочки Розы19. Замечательно, что сама Роза по взрослении картиной довольна.

Довольна также своим детством, избавленным полицейской навязчивости. Довольна, что не была дочерью в огайской семье, которая фотографировала с двоюродными при загорании во дворике нагишом. Из-за чего в январе 1986 года родителей повязали, сама девочка — под опеку приёмной семье на полгода. С родителями видеться — под присмотром. И кому дело, что без родителей девочке страшно? Преследование родителей длилось четыре года — пока не исполнилось ей 1820. Британские Feminists Against Censorship отметили, что "в подобных случаях полицейская защита не прекращает насилия над детьми, но сама насилием является".

Дочь известного фабриканта Луи Майерса Катерина тоже пострадала. Обвиняема за свою семилетнюю дочь Викторию, снятую в "пронудистских материалах". На год затянули выяснение виновника. Виктория настаивала, что с её друзьями снимала сама, что всего лишь играли младенцев, ползая по траве голыми. Прокурор сурово доправшивал её, чтобы призналась во лжи, перестала выгораживать маму.

Майерс оправдали, но всё то время к дочери не пускали, волонтёрство на пользу детям ей запретили. Школьники затравили 8-летнюю Вику, родители запретили с ней знаться. Без мамы сидела до вынесения приговора, могла только переписываться. "Вот как мучат и семью, и детей — во имя защиты детей!" — жалуется Майерс22.

Думаю, зло порнозаконодательства понятно без дальнейших примеров, и позиция судий Британской Колумбии нам от этого ближе. Хранение "детской порнографии" детям безвредно, борьба же с хранением — ущерб и художникам, и родителям, и детям, и всем, кто мыслит широко.

Канадские судьи додумались и до более глубоких истин. Если даже полиция способна вместо "нормальных людей" сажать "извращенцев", подобное различение небезопасно. Законы вовсе не говорят, что за детскую порнографию надо сажать одних только педофилов. Законы говорят о необходимости защиты детей — мотивация преступника роли не играет.

Но полиции до закона дела нет. Новое поколение политиканов и журналистов агитирует, якобы не художники, не родители, но только педофилы являются демонами во плоти. Что для ликвидации не творчества, не семьи, но именно педофилии допустимы любые средства. По сути, проповедуется дискриминация по признаку сексуальной ориентации. Хотя по статистике чаще всего насилие над детьми, даже детоубийство, совершается как раз родителями. Но всё рано секс считается хуже, чем ремень.

Подобно детопорнографическому законодательству, недавняя научная работа Брюса Ринда и соавторов о педофилии вроде бы молчит. Однако существенно вправляет мозги педоистерам. 59 исследований на студентах, имевших в детстве со взрослыми секс, обобщены метаанализом — и вера в смертоносность половой жизни поколеблена. Тонкие статметоды показали, что страдания по взрослении вызываются не половой жизнью, но проблемами ребёнка в семье. С которыми корреляции страданий выше. Отсюда видно, что секс — это не самое страшное23.

Считается, будто "маньяки" себя не контролируют и не могут остановиться. Но вот исследователи с Главной адвокатуры Канады проанализировали все доступные научные работы любой части света за последние полвека (61 исследование по 23300 уголовным делам), опубликовали через Американскую психологическую ассоциацию. Большинство данных — не более чем 15-летней давности. Выяснено, что рецидивизм у половых преступлений — 13,4%. Поэтому половые преступления никакая не болезненная зависимость. Особенно любопытно такое наблюдение, что рецидивизм у половых преступлений "против" детей ниже рецидивизма прочих половых преступлений24, 25.

Судьи Британской Колумбии замечательно парировали доктора судебной психиатрии Петра Колинза, который критического разбора противопедофильных его предрассудков не ждал. Якобы когниция педофилов искажена, подтвердить ему нечем, особенно перед лицом этнологии. На вопрос, "может ли быть искажённым в одном обществе то, что не считается когнитивным искажением в другом", у Колинза "нет ответа"26.

Зато есть ответ у меня. Советские психиатры тоже выискивали "когнитивное искажение" у диссидентов. Ибо только больной человек способен противиться коммунистическому раю. Противнику политики вождей место в дурдоме27.

Но мы-то западные демократии, нам карательная психиатрия не грозит? Мы же за свободу совести? А демократичнее Вольфоидов на деле Робина Шарпа (для которых порнографии хуже только NAMbLA-бюллетень и чисто научный, публикующий светил этнологии-психологии журнал "Paidika"), вообще не найти. Показательно, что судить о "когнитивном искажении" среди научных работников экспертом избрали неуча в погонах.

И здесь явна попытка проконтролировать умы средствами цензуры. Вторжение не только в дома педофилов, а также в их головы.

Повсюду на Западе, всё больше и больше вне Запада воздвигнуты барьеры между поколениями. Во имя невинности навязано физическое-душевное разделение по схемам апартеида. Отцы боятся ребёнка приласкать, учителю коллеги рекомендуют от учеников дистанцироваться. Барьеры невидимы, но сильны, держатся на страхе — страхе показаться педофилом. Охотники за вытесненными воспоминаниями пользуются современными Павликами Морозовыми — здравствуй, сталинизм.

Никто не задумывается, кого же считаем педофилами? Только для узких специалистов это люди, влекомые исключительно либо сильно к малышам. А для граждан это выродки, поганящие невинность28. Естественно, что в последнем смысле педофилы не бывают воздержниками29, не бывают сочувственными, не бывают любимы детьми. Нелюдю прав и приватности не полагается. Защита детей — оправдание всему.

Психологическая война противу педофилов — ещё со времён Крафт-Эбинга, но за пределы медицины вышла только в последнюю четверть века30. Образ врага в проверке не нуждается. Педофилы на положении марранов и подвергаются промывке мозгов, обращаемы в "истинную веру".

Чтобы не сказали, будто преувеличиваю, достаточно вспомнить историю Великобритании за последние два года. Ввели реестр половых преступников, у журналистов объявленный педоучётом, — это Каинова печать пожизненно. Осуждение грешника вместо осуждения греха. Наркодельцы с гопниками, гораздо более вредные, учёту не подлежат.

Вскоре после введения секс-реестра, закон его персонажей не пускает на школьные площадки, парки, держа под присмотром полиции. С опасными маньяками такое, может, и небессмысленно, хотя тоже наступление на приватность, иногда вторжение в частные дома. Валлийцы приняли закон, якобы половому преступнику запрещено держать игрушки на подоконнике, чтобы не привлекать внимание детей.

Подобное распространяется на преступников даже безобидных, чьи нарушения заслуживают всего лишь предупреждения. Тому, кто провинился до принятия закона, достаточно вызвать "осуждение либо подозрение", чтоб ограничили передвижения минимум на пять лет31.

Под занавес прошлого года пообещали высокотехнологические новшества как электронные бирки на десять лет, если не пожизненно, за "серьёзные преступления против детей" — при всей неясности формулировки таковыми наверняка сочтут и секс по желанию ребёнка.

Добро пожаловать в Океанию-1984, с чем аналогии не стыдятся даже педоборцы. В этом году написал "Индепендент", якобы "Старший Брат следит за педофилами"32, а в статье — про сервер МВД, прозванный "Старшим Братом", отслеживающий перемещения (потенциальных) педофилов и проверяющий данные посылая сообщения на пейджер объекта: позвонить в ближайшие пять минут в избежание санкций… Статья лишена даже тени сомнения, действительно ли педофилы так опасны, что можно забыть о принципах либерализма.

Можно притом обойтись и без осуждения по закону, поскольку лейбористы год назад уже поддержали создание чёрного списка для тех, кто в сексе с детьми только подозревается. Санкции вроде недопущения работы с детьми распространяются даже на таких33. Права человека под угрозой, что видно по готовности в Огайо взять на карандаш за донос по телефону. Столь же глупо, как и жестоко, но педосписок увеличился до 792000 имён34!

Британские призывы к неофициальным арестам — отголоски педоборчества США. Десятилетия преследований на половой почве дополнены педоистерией на полную десоциализацию нарушителей.

В 1998 году британский минздрав с МВД разработали план объявления педофилов инвалидами, подлежащими пожизненной госпитализации после тюрьмы35.

Чтобы всё перечисленное попробовать на себе, судья не требуется, достаточно стукача. Притом я рассказал ещё не всё. Любители чужого белья в полиции, парламенте и средствах массовой информации проводили рейды не хуже гестаповских и сами преступления провоцировали. Оправдываясь Интернет-порнографией, с которой статью начал.

В конце прошлого года полиция хвастала вовлечением около 20 подразделений по всему Британскому острову в операцию "безо всякой предварительной информации". Так они хотели сказать, что никаких преступлений против конкретных детей не расследовали, просто в Интернете кидали ссылки на картинки. Выявляли, кого можно преследовать за свою природу — так это квалифицируется судьями Британской Колумбии.

Страданий от этого намного больше, чем от педофилии. Подобной облавы во Франции (1996) не видели со времён Петена — 712 обысков. Ровно 500 подозрений не подтвердилось, однако всё равно клеймо, поломанные жизни. Пятеро покончили с собой в ближайшие недели, включая двоих необвинявшихся36, 37.

Арсеналы полиции полнятся сомнительными методами, с Америки готовятся позаимствовать и не такое. В прошлом году скотланд-ярдовцы прошли месячные курсы, даваемые киберудильщиками с ФБР. По возвращении в Лондон организовали подразделение, руководимое Мартыном Йончем, обещающим "учить наших людей имитировать уязвимых обольстительных деток и связи с ФБР не терять"38.

При том что за четыре года подобного притворства ФБР-вцы не нашли даже примера, чтобы детей добивались по предварительному контактированию в Интернете. Примера — ни единого.

Подобный, как и любой мусорской обман, — с душком. Преступления не предотвращает, а стимулирует. Ещё замечательно посягает на неприкосновенность душевной жизни. Подвергая преследованию даже того, кто с детьми сходиться не собирался.

По мнению калифорнийского правоведа Патрика Клэнси, "нельзя в Интернете без маски. С кем ни пообщайся — половой гигант". Чаты подобны балу-маскараду, где люди проигрывают их эротические фантазии без огласки. "80-летняя может избавляться девственности снова и снова, как в её 16. Главнейший половой орган у человека — мозг". ФБР-вцы, можно добавить, повинны в изнасиловании мозгов.

Конечно, в Интернете выискивают и малолетних. Отмечены несколькие 30–40-летние, зарегистрированные как 12-летние, чтобы знакомиться с девочками. Одну такую на свидание сопровождала мама — романтика против реальности. Девочка потрясена, мамаша — с укрытия, парень утратил самообладание и зарыдал. Его можно винить в глупости, но не в покушении на изнасилование. Пострадали не столько права человека, сколько права потребителя: товар не соответствовал рекламе. Попытки вменить обвиняемому злой умысел изнасиловать ребёнка провалились39.

Недавнее дело Кевина Локли (Великобритания) вроде бы серьёзнее. Парня закрыли с прошлого месяца за попытку склонить через Интернет мусора-притворщика. Попался на фальшивом Интернет-ресурсе, созданном полицией Лос-Анджелеса. Сервис "эскорт-услуг" его спрашивал, какую хотелось бы девочку, мужчина выслал фото, назначили свидание в Лондонской гостинице. Там и ждал свою девятилетку40.

Уважаемый программист — и 18-месячный срок, а рисковал двумя годами. За что? Создавать агентства с живыми детьми — верное самоубийство. Никакому ребёнку Локли навредить и при всём желании не смог бы. Посадили Кевина не ради конкретного ребёнка, но просто чтобы посадить. Так и мусора должны сидеть за сутенёрство. Если бы не полиция, не было б и покушения, налогоплательщик не стал бы бременем для казны. Теперь этого профессионала на работу не возьмут, обозлится, станет опаснее: вместе с работой потерял и невесту.

Судья Петро Фингрэт — ещё тот криминолог. Одна бабка сказала, что более 37000 Интернет-сайтов поддерживают "анонимные педофилы" (хотя как можно судить о секс-ориентации сайтодержателя? Проверь педоборцы все киберагенства, то знали бы, насколько с них толку) — всё, Его Честь уже требует ужесточения закона. Сам я посетил множество сайтов, и самозваные педофилы там усиленно клянутся в своей законопослушности. Думаю, на свободу слова право имеют. Вместо малолеток педосайты предлагают поэзию, цитаты, размышления. Картинки там отнюдь не отличаются от заурядного семейного альбома — порнографии никакой. На главной странице даже предостережение.

Облавы с предательством используются мусорами не для расследования и не для предотвращения конкретного преступления с конкретными жертвами — потенциальные, надуманные преступления только лишь повод охотиться за людьми. Чтобы вторгнуться в их приватные помыслы. Страшнее всего не детское порно в доме имярека, но то, какóй он человек. Порно только свидетельствует о его "ненормальности" — принадлежности к париям41.

Это виднее всего с последних тенденций британского педоборчества. Центральные графства признаются, что преследуют и тех, кто не был осуждён. Якобы предостережение порноколлекционеру — вполне гуманное. Хотя всё равно зарегистрирован, ославлен и принуждён к терапии.

У полиции возможности преследования тех, чью вину доказать невозможно — по причине недостаточной "порнографичности" коллекции. Оправдание — будто бы такая политика предотвращает у порномана секс. Главный тамошний порно- и педоборец инспектор Катерина Гэнон объясняется, будто "мы выслеживаем людей, стимулирующих интерес у себя к детям, играя с огнём и рискуя стать насильниками, — что помогаем им осознать"42.

Следачке думается, будто влечение к детям у себя можно "стимулировать" осознанно, что сексориентацию можно выбрать. "Это респектабельная личность во всём остальном, если бы не преступные мысли. Которые вовремя не выявишь — и будет маньяком больше". Гэнонова теория — будто сексом с детьми занимаются те, кто в среднем возрасте развивал у себя "преступные мысли", способные быть пресекемы на ранних стадиях.

Пищей для педомыслей, конечно, детская порнография. Ответственный за применение такой программы к условноосуждённым Дава Мидлтон утвержадет: "обычно наши подопечные до развратного действия с детьми начинали порнографией". Но к чему начинать опасными, неблагодарными поисками порнухи? Ради какой выгоды в себе взращивается то, что губит себе жизнь? С литературы, по своему знакомству с педофилами знаю: детьми начинают увлекаться с раннего возраста. Как и любая другая сексориентация, педофильные влечения формируются до пубертата. Наука предполагает особые гормональные влияния в утробе либо генетическую предрасположенность как причину педофилии43.

Принимая во внимание вкоренённые пожизненные половые предпочтения, спросим ещё разок, а ради чего "респектабельные личности", которые "насильниками" за всю жизнь, полную влечения к детям, ещё не стали; которые научились удовлетворяться без участия детей; которые ведут размеренные, продуктивные профессиональные, даже порою семейные жизни — ради чего такие люди с их жёнами-детьми подвергаются травле? По вине полицейского семья развалена, работы нет, и нечего терять — от секса с детьми больше ничто не сдерживает.

А что предлагаю, позволить насильникам "начать порнографией"? Не думаю, что подопечные Давыда Мидлтона, пытавшиеся сыграть на Мидлтоновой порнофобии, говорили правду. Скорее говорили то, что Мидлтону хотелось услышать. Виновата порнуха, мы не виноваты, нас не наказывайте. Подопечные Мидлтона притом — условники, с правопорядком не дружные, личности возбудимые, но не вышеописанные "респектабельные".

Облавы с провокациями направлены против людей безобидных, и преследуемы за предполагаемые приватные желания. В состав преступления включается не порноколлекция, но ею проявленное влечение. Неспроста вина за дето-взрослый секс является существенно подтверждённой, коли в доме подозреваемого найти ДП. На новозеландской апелляции по делу Мунена заметили, что в установлении вины за прикосновение к ребёнку принято взвешивать и меру непристойности намерения. Прикосновение преступно только тогда, когда сопровождается влечением. Так и порнохранителя сажают не за то, чтó в его доме, но за то, чтó в его голове.

Охота на людей за их природу перестала быть привилегией государства. По введении реестра половых преступников (1997) общество надеялось узнать адреса. Предосторожность органов успешно преодолела пресса, вызвавши по всей стране самосуды. Раз осадили полицейский участок и много ранили копов, защищавших педофила.

Всё то видели в Америке по принятии Закона имени Меган Канка, по которому неселение предупреждают о половой судимости соседа. На Британии многие бежали с домов44, побиты, как минимум один убит45.

Пострадали вовсе невиновные, которых атаковали-прессовали по ошибке. В одном ряду с Меган Канка поставлю 14-летнюю Саманту Пэнель — её педоборцы сожгли с домом, где предполагали наличие педофила46.

Надеюсь, эти примеры мою позицию делают обоснованной. Ведь это позиция не только моя, не только либертарианская, но также сэра Фредерика Лотона с апелляционного суда Великобритании, сравнившего педофилов со средневековыми прокажёнными, с евреями при нацистах47.

Ущемление прав педофилов уже вышло за пределы нарушения педофильей приватности, которой посвящён этот симпозиум. Однако целостный обзор педофильего положения — провозвестие нового тоталитаризма. Точнее, расширения тоталитаризма педагогического. Ведь мы в детстве не свободны, со взрослыми не равны. Каждый встречный в доме и в школе себя считает обязанным учить и с приватностью внутреннего мира не считаться. Мыслями-чувствами детей пытаются руководить родители. Свободные дети попадают в исправдома, где от свободы отучают.

Тюрьма в детстве — тюрьма по взрослении. Наивная надежда, что зэк исправится беседами со священником. Будь это серийный насильник, отчего бы не похвалить его за выбор в пользу даже мучительного лечения? В своё время химкастрация с электроконвульсивной терапией были оправданными — несмотря на нынчеизвестную неэффективность.

Что делается сейчас — это не терапия, но промывка мозгов. Для соцпсихолога Дени Говита современная когнитивная терапия — внушение самообвинений, противопедофильных предрассудков и скатывание до чисто бихевиоральных методов48. Они, по мнению Говита, не лечение, но наказание током — огетеросексуаливание геев такими способами нынче запрещено, поэтому нашли новых подопытных49.

"Когнитивное реструктурирование" педофилов идеологизировано. В себя включает отслеживание "нерациональных идей", "разбор убеждений"50. Только что делать, если вдруг идеи вполне рациональны? Основаны на фактах, отрицаемых обществом, — аналогично провалам советской политики, отрицаемым Лунцами со Снежневскими?

Война с аддикциями в 1980–1990-е годы сделала когнитивную терапию противоречивой, откровенно принудительной. Чему стороннику Рэю Вайру думается, что "важно власть и знание преступника узурпировать специалисту. Чтобы чувствовал: я тебя знаю лучше"51. Такое злобное чванство приличествуют мусорам, а не врачам.

Допрос и выуживание сведений с отщепенца не требует выбивания показаний, достаточно сулить ему досрочное. Мой приятель с Австралии два года назад отделался мужененавистническими внушениями52. Другой мой знакомый поразился, насколько преступность его терапевты понимают ограниченно, примитивно. Требовалось ему признаваться, виниться, каяться в том, что ни на какую голову не налазит.

Естественно, такие специалисты мало что поделают с образованными кандидатами в PhD вроде моего приятеля, выучившего семерых дипломников. Такой привык думать сам, а нормальные преступники слушают некритично. "Любая нестыковка со внушёнными в училище схемами, любое несоответствие преступления карикатуре — в голове стают шестерёнки, а зубы скрипят".

Но когда терапевты с мозгами, положение хуже. Рэй Вайр отнюдь не такой, как ему кажется, специалист по педофилии, хотя своё дело знает. У педофила вытягивается слово, перевирается, внушается недоверие к себе, признание своей вины, "рационализации" своей жизнедеятельности, получаются материалы для диффамации53.

Каждый человек, если даже не педофил, иногда рационализацией грешит. А когда весь мир против тебя, так просто поддаться превосходящей силе. Поверить клевете. Ты помнишь, что к тебе прижимались и хотели твоей любви, твоей ласки. Вайру несложно внушить сомнение:

— Уверен? А разве мальчика ты не угощал? Разве не манипулировал и не подкупал его шоколадками?

Любое светлое чувство можно так заговорить. А помести на место педофила маму, поверит, якобы дети её не любят, а подкуплены поданным на стол обедом54.

Коль это не промывание мозгов, что тогда? Насильственное вторжение в неприкосновенную приватность психической жизни педофилов. С остальными видами покушения на приватность не сопоставимое. Для Говита вайротерапия традиционного терапевта ввергла бы в шок. Отношений с пациентом у врача нет, а предусмотренная Клятвой Гиппократа конфиденциальность нарушена. Всё сказанное пациентом используется как улика, заносится в дело55.

Не говорю, что такие меры недопустимы, ведь имеется горстка людей по-настоящему опасных. Однако сильные меры тоже опасны, когда применяются без разбору, по заказу политиков. Следом за судьями Британской Колумбии призываю соотносить ущерб от наказания с ущербом от преступления.

Видно, что насилие над педофилами не преувеличено, что параллели с расовой политикой недавнего прошлого справедливы.

Всё сказанное кошмарно само по себе, но вот и другая сторона вопроса. Педофилы заняли место негров56, а дети — белых американок, от обесчещивания защищаемых ку-клукс-клановцами. В Митчелловской Америке все права — за белыми мужчинами, женщины на положении современных детей — бесправные, бесполые, беспорочные. Поэтому любой половой контакт с негром — изнасилование. Женщине хотеть негра запрещено и невозможно. Переспавшая больше не дама, просто шалава57.

Нынче беспокоятся за невинность не женщин, а детей. За последние десятилетия моралисты на какие только жестокости не пошли — не ради детей, но ради мифа об их невинности. Для поддержания видимости которой вину за секс переложили на педофилов. Какие бы ни были обстоятельства.

Но когда дети занимаются сексом друг с дружкой, педофила винить уже нельзя. Поэтому козлом отпущения делается ребёнок. Объявили некоторых детей девиантными.

Тому год назад англичане включили в реестр половых преступников… 12-летнюю. За развратные действия с 4-, 5- и 6-летним, а также с не достигшей 14-ти. Сексуальное насилие заключалось только в безобидной детской забаве: приглашении мальчиков пописять напоказ58. Таких преступлений море, тенденция детей выставлять уголовниками видна по новой академлитературе.

Насильниками пытаются сделать и детей, занимающихся любовью без принуждения и без возрастной разницы. Все наслышаны про педофильский сговор — а в прошлом году пенсильванская газета написала, что "Дети сорганизовали секс-банду"59:

"Банда первоклассников небольшого пенсильванского местечка друг друга подговаривала начать половую жизнь, и полдесятка детей предстали перед судом по делам несовершеннолетних"!
Главе ньюберийской полиции Вилу Майерсу думается: "Они действовали сознавая свою неправоту, но не догадывались о масштабах своей низости".

В чём неправота, в чём низость? Никто никого не заставлял и никому не навредил. Просто поколеблена взрослая вера в асексуальность детей.

Осуждение которых аналогично порицанию "падших" американок. Идеально бы детей в маньяческие реестры не заносить, однако даже такие редкие, но резонансные маразмы говорят о посягательстве на половую приватность детей.

Конечно, детскую приватность угнетали всегда. Обычно мамаши лазят по карманам и выдвижным ящикам. Если дитя ведёт дневник, его непременно прочитают, особенно когда настаивает, будто не для чтения60. Ничего нового.

Больше только беспокойство, настойчивость и пособление государства. Закон, обозначенный Chidlren's Online Privacy Protection Act особенно вопиющ. Его пока не приняли, но сетевые либералы ругают его на чём свет стоит. Ибо предполагается, чтобы всякий ресурс Интернета на сбор информации с американца младше 13 брал разрешение родителей61.

Будь это возможно, хорошо ли детям? Если блокируется реклама, то, может, и хорошо. А если дети захотят открыть свою страницу, подписаться на рассылку? Чтобы получать информацию с фанклубов о звезде Голливуда… с огромными титьками. Непонятно, какая в этом помощь со стороны закона. По которому вместо "Privacy Protection'а" получается лишение детей какого бы то ни было "Privac'а". Подобно тому, как "минизо" поддерживает нищету, "министерство правды" лжёт и так далее. Мой знакомый компьютерщик утверждает, якобы детей спасёт обман. Они смогут пользоваться батиными электронными подписями (как мы в своё время подделывали записи в дневнике).

Но не все ребята технически грамотны. Chidlren's Online Privacy Protection Act у детей отбирает остатки свободы там, куда старшее поколение за последние годы поспеть не могло. Даже запертые в комнатах могли поддерживать связи с миром, которого радости у детей отняли. Вспоминаю своё детство 1950-х годов, проведённое в экспедициях на велосипеде с компанией по всему городку-посёлку — печально, что нынешние дети содержатся в тюрьме62.

Заботливые родители запугивают, якобы "ложиться на краю" небезопасно, поскольку за краем ходят "серенькие волчки", которые не то что за бочок укусят, а сделают, про что сказать нельзя. Но то, чего действительно следует опасаться, вне дома происходит редко. Насилие над ребёнком, вплоть до убийства, чаще всего совершается руками родителей. Поэтому "защита" от незнакомцев оборачивается надзором и невозможностью быть собой, вести личную жизнь и научиться самостоятельности.

Chidlren's Online Privacy Protection Act имеет и свои достоинства, подобно британскому Children Act'у редакции 1989 года. Но за представительство на суде, защиту от одноклассников дети расплачиваются своей половой жизнью63. Какое приятное школьное воспоминание обходится без эротических опытов и любовных увлечений? Которым уже пытаются положить конец?

Когда легализовывали мужеложство, британцы заявляли, будто спальни не государственное дело. На лозунг отзывчивы все классы, политики даже гетеросексуальные не захотят афишировать адюльтер.

Если мы следуем этому принципу, то вспомним и школьные дортуары, велосипедные стоянки, просто кусты64. Там именно дети прячутся от взрослого надзора, как и взрослые прячутся по спальням от государства. Детская сексуальность исчезает избавленной мест обитания.

Одумается ли Запад и что нам для того сделать, я не рассматриваю. Моя цель — это поделиться наблюдениями со своего ракурса. Смею надеяться, что сексологи, занимающиеся проблемами приватности, моё знамя подхватят и смогут уберечь. Скажете, науки предназначение констатировать, а не реформировать? Однако не как учёные, но как граждане, просто личности вы не должны проходить мимо нарушения прав человека, в частности права на сексуальную приватность65.

Комментарии

1

В ¶¶93–95 британсколумбийского судебного приговора дискуссия по такому поводу — в остром виде:

"Согласно делу Энтрика против Кэрингтона (1765); т. 2 Уилсонова сборника (дела за 1558–1774 годы), 275; хрестоматии всех британских процессов до 1865 г., 41; т. 19 гостра, 1029, — личные мысли, мнения, средства самовыражения, убеждения человека, выраженные в его документах и книгах, посягательству не подлежат.
Свобода от посягательства такого рода небезосновательна, принята конституционной ценностью. Минуло столетие Гестапо, столетие КГБ, столетие настраивания детей противу родителей, взлома дверей, сожжения книг во имя какого бы то ни было блага. Даже хранение материалов, оправдывающих или пропагандирующих преступление; даже когда кажется, будто владелец имеет неправильные мысли, склонен к изображаемому в материалах преступлению — даже в этой ситуации политическая этика приватность объявить незаконной не позволяет. Историей мы научены, что даже госизмена доказуема только при доказательстве воплощения умысла.
Поэтому для пресечения простое владение продуктами самовыражения в демократическом обществе недостаточно. Законодательству, которое с этим борется, место в обществе авторитарном".

В ¶172 Шарповой апелляции судья делает ударение на ценности приватности. Её Честь Ролс отмечает:

"На основании дела Даймента (1988); т. 2 Сборника решений верховного суда Канады, 417; т. 45 Сборника решений британского канцлерского суда, 244, — верховный суд Канады признаёт взаимосвязи между приватностью, свободой и принципами демократии. Его Честь ль'Форест от лица большинства позицию судебного устава (Сборник решений верховного суда Канады, 427–428) в её связи с приватностью характеризует "абсолютно равноценным конституции, принятым во времена, когда люди поняли: в современном государстве приватность — основание свободы (Westin, A. F., "Privacy and Freedom", 1970, pp. 349–350). Сама ж основывается на физической и моральной независимости, необходима для человеческого благополучия. По такой хотя бы причине заслуживает конституционной защиты, не говоря про необходимость её для поддержания общественного порядка. Мера демократичности социального строя видна по тому, насколько правительству труднее совать свой нос в жизнь граждан"".

2

Дело Г.-А. Мунена против Комиссии по фильмам и текстам №CA42/99, 8 ноября 1999 года.

3

Yaman Akdeniz, "The Regulation of Pornography and Child Pornography on the Internet", 1997, Cyber-Rights & Cyber-Liberties (UK) web site.

4

Сержанта Лойда Мартна цитировал американский адвокат Лоренцо Стэнли в его книге Regarding Proposed Changes to Article 240b of the Dutch Penal Code, издана за собственные средства в 1994 году.

5

Berl Kutchinsky, "Pornography and its effects in Denmark and the United States: A rejoinder and beyond" // Comparative Social Research. — 1985. — №8. — pp. 301–330.

6

Там же, по цитированию у Стэнли на стр. 28.

7

Randall Palmer, "Child porn law under spotlight at Canada's top court": рейтерский доклад из Оттавы, 16 января 2000 года.

8

Стэнли, стр. 34.

В наше время детское порно, созданное без участия детей, — на "Фотошопе", с моложавыми взрослыми — вообще непонятно как способно вредить детям. Тем не менее закон Америки от 1996 года запрещает и такое. Юристу Селью с общества защиты гражданских свобод это похоже на решение государства "запретить и думать о детях в эротическом ключе" (цит. по сайту Fresh Petals, сентябрь 1999 года).

В декабре 1999 года часть Child Pornography Prevention Act'а, говорящая про запрещение порнухи, "напоминающей" детскую, была вымарана как неконституционная. С преобладанием голосов 2:1 суд определил: "Формулировка "напоминающий", "производящий впечатление" ребёнка расплывчата, поэтому подпадает под Первую поправку" (доклад Елизаветы Боуман, ZDNet News, 17 декабря 1999 года, цит. по Fresh Petals, 1999 год).

9

Стэнли, стр. 21.

10

Стэнли, стр. 31.

11

Стэнли, стр. 60.

Преувеличениями сильнее грешат журналисты, хоть и теснее судий сотрудничающие с исполнительной властью. Наиболее в Америке такое грозит кандидатам на выборные должности.

"Гардиан" отличился "расследованиями наисекретнейших преступлений" на семь огромных страниц ежедневно с 2 по 5 июня 1998 года, злоупотребляя своей репутацией. Зато Нику Дэвису журналистская премия. Судьи лишены критического мышления, знания предмета — поверили размеру публикации, но не смогли сопоставить её с более ранней (5 апреля 1997 года) на смежную тему. Старое произведение Дэвиса в соавторстве с Имоном О'Конором — о порнофильме с убийством мальчика. Того же самого, который в следующей публикации жив и здоров!

Тому год назад я писал об этом обмане журналисту Кристиану Вольмару, добивавшемуся моей консультации для своей книги — кто-то под псевдонимом Ник Дэвис начал о Дэвисе выспрашивать. А написал я следующее.

"Главное, чем Дэвис торгует — это жуткие преступления против детей. Сдабривая подробностями, сплетнями, намёками, широкими обобщениями, манипуляциями со значениями слов, источниками, заинтересованными лгать, искажениями статистики, преувеличениями — вся смесь выливается на людей, с преступлением не связанных. Используй Дэвис эти методы не против педофилов, а против Менделя Бейлиса — премии бы не получил…
У Дэвиса попытка разъяснить марсианам, кто такие гетеросексуалы, на примере Джека Потрошителя. Берётся преступление со всякими внутренностями наружу, всячески подчёркивается, что маньяк был гетеросексуалом. Ясно, что все гетеросексуалы — убийцы.
Только преступления Джека — реальность. Тела Марии Николс, Анны Чернявки, Долговязой Страйд, Марии Кэли найдены, запротоколированы. Страшилки же Дэвиса разыгрались только на бумаге…
"Наисекретнейшие преступления" Дэвиса, запечатлённые на "Бьорнофильме", где мальчика Бьорна сексуальный маньяк (1998) — и загодное полицейское расследование (1997), будто, по слову Дэвиса, мальчик, уже достигший юности, найден в Нидерландах.
Что мальчишка жив и здоров, об этом Дэвис не распространяется. Почему-то подробностей сторонится. Да потому, что Бьорна давно убил в своих сочинениях. Дай журналистское "спецрасследование" такие факты, чего же Дэвис не обратился в полицию?
Но дело в другом. 5 апреля 1997 года вместо трезвого рассмотрения фактов обманывает читателей с редакторами. Написавшими во введении:
"Педобизнесу — похищению-продаже мальчиков педофилам — приписывали связи с убийствами на камеру. Два года расследований Ника Дэвиса с Эамоном О'Конором — и видны все масштабы" —
а заголовком цитата:
"— Сколько ему было? — спросил инспектор
— Около 13, понадеялся на 200 гульденов".
И как с такой рекламой не прочитать? Открывается статья сценой с Бьорнографии. Мужчина держит мальчика, "мальчишка хромает, его ноги свешиваются с мужской руки. Голова откинута". Далее всё внимание на мужчину, читатели томимы по трупу — пожалуйста, Бьорнов труп. Через год ещё "специсследование" Дэвиса, только не про ДП, просто про педофилов — и Бьорн оказывается живым в Голландии. Воскресение Лазаря, которого Дэвис не заметил.
Но мы в чудеса не верим, и понимаем, что никакой Бьорнографии не было. Дэвисов очевидец, якобы видевший полдесятка подобных фильмов… и полицейские по горячим следам, не видевшие ни одного. Другой полицейских сводил к озеру, куда сбрасывали тела, — сообщений, будто что-то нашли (хотя бы просто искали), нет. Исчезнувшие дети на плёнке, взятой от подозреваемых, отсутствуют.
Итого свидетельств порнопроизводства нет. Утка, подобная вышедшей с моды сенсации про педосатанистов. И в этом именно ключе написаны Дэвисовы "наисекретнейшие преступления", цена которым ясна с Бьорнова примера. Не думаю, что развенчивание того маразма заслуживает моих усилий. Сказанного достаточно" (Вольмару, 10 июня 1999 года).

12

Выйдя с тюрьмы, жалкий Гарри Глита публично каялся, что журналисты преломили под своим углом ("Weeping Glitter wants to get life back after jail" // "Reuters", Лондон, 11 января 2000 года). Зато в канадском деле захваченный таможенниками текст "Sam Paloc's Flogging", грозивший владельцу виной за желание калечить, у Шарпа хватило духу защищать как свою собственность. Выражающую право на фантазирование. Бодрая позиция подсудимого судий убедила.

Конечно, всей правды не знаем. Глите бороться за БДСМ-щниу незачем, и вкуса к ней, возможно, нет. С Инета загрузил картинки, но разобраться, поудалить изображения со свзязываниями руки не дошли.

13

Благодарю Датскую педоассоциацию, с чьего сайта (пропавшего) взял эти с предыдущими данные.

14

Заголовок "The Sun" 16 ноября 1995 года: "Юлин хахаль сделал 28 фотографий 7-летней девочки голышом!"

15

"КОШМАР ДЛИНОЙ В СЕМЬ ЛЕТ
Отдыхая за городм, южноанглийская семья последние три фотокадра потратили на 3-летнюю дочку, что после купания лежала голой у костра… Первое, что семья поняла: плёнка пошла по рукам полицейских от местного подразделения "Boots". В доме незваные гости.
"Ужасно, скорее плёнку перепутали с чьей-то другой!" — мама не называет имени. — "А когда показали, просто не верится: наша! На фотоувеличение поражаются, что мы наделали. Сами понимают, ничего плохого не делали. Один и вовсе нас невиновными назвал: такой де красивый дом. А живи мы в развалюхе, что бы тогда?""

(Fowler, R., & Aitkenhead, D., "For one family…" // "The Independent". — 1995. — 6 ноября).

 

16

Стэнли, сс. 90–92.

17

Стэнли, с. 93.

18

Стэнли, сс. 69–70.

19

Anne Higonnet, "Pictures of Innocence": The History and Crisis of Ideal Childhood, Thames & Hudson, London, 1998, p. 167.

20

Стэнли, с. 65.

21

Стэнли, с. 95.

22

Стэнли, с. 75.

23

Rind, B., et al, "A Meta-Analytic Examination of Assumed Properties of Child Sexual Abuse Using College Samples" // Psychological Bulletin. — 1998. — №124. — Рp. 22–53.

Судьба научной работы непростая. Хоть академическое критиканство не лишено рационального зерна, но во всём его потопе обсуждать нечего. Подход Брюса Ринда созвучен его коллегам, и не менее грамотной работе Тео Сэндфорда по вопросу, может ли мальчику с мужчиной быть хорошо. Которая при всей ограниченности (недоисследованности пожизненного вреда, невнимании к девочкам) обосновывает и проясняет итоги Ринд-анализа для статистике не доверяющих ["Sex in Pedophilic Relationships": An Empirical Investigation Among a Non-Representative Group of Boys // Journal of Sex Research, vol 20(2). — 1984 — Pp. 123–142]. В моей книге возможную вредность секса с детьми рассмотрел по литературе, доступной до 1980 года ("Paedophilia: The Radical Case". — London, 1980).

24

Hanson and Bussiere, "Predicting Relapse": a meta-analysis of sexual offender recidivism studies // Journal of Consulting and Criminal Psychology. — 1998. — №66/2. — pp. 348–362.

25

Бывший нардеп, а ныне газетчик Матвей Пэрис — один из немногих смельчаков, это признавших и задумавшихся насчёт ущерба ребёнку. В "Таймс" у себя на колонке писал:

"Глядя на множество способов англичанина повредить ребёнку, как и ребёнка повредить иному ребёнку, вижу, что педофилия намного безвреднее пренебрежения детскими нуждами, школьной травли, эмоциональной заброшенности, родительского развода, жестокости, дурного воспитания, плохого примера…
Дети погибают из-за пьяниц и водителей, которые даже выйдя с тюрьмы вернутся к бутылке и рулю. Сидевшие грабят, оглушают, колют, стреляют и взрывают. Выманивают у старух квартиры, засыпают улицы наркотиками, кучкуют арендаторов пожароопасными комнатами, крадут и взламывают, увечат и насилуют. И никто не скажет, якобы то больные люди, себя контролировать не способные, как это вменяется спавшим с детьми.
В свете неопровержимого факта, что рецидив у полового преступника маловероятнее, чем у преступника неполового, педоистеры способны разве сказать, якобы секс с детьми выявить сложнее. Но даже так, оказывается, что паника бесполезна. Что жестокости в отношении педофилов бессмысленны" (Parris, М., "Call off the lynch mob" // "The Times". — 1998. — 10 апреля. — Р. 22).

Откровенно педофильские сайты говорят аналогичное. Некто Нил с голландского ресурса IPCE:

"Мы должны бороться против избирательности защиты детей, добиваться преследования родителей за выпивку во время беременности, детское пассивное курение, превышение скорости при детях на заднем сидении. Многие страдания детям остаются безнаказанными, но каждый день приводят малышей в больницы. Защитники детей должны бороться против родителей, а не заодно с ними".

Замечательно, что больше всего детям ущерба — со стороны полиции да соцслужб. Они забывают о заповеди "Не навреди", на что жалуются профессиональные борцы с детской сексуальностью (Goodyear-Smith, F., "First Do No Harm: The Sexual Abuse Industry", Auckland, 1993).

По поводу ятрогенного вреда "в исследованиях очень похоже, что доведение дела до суда детей мучит и сильнее, и дольше, нежели расследование в обстановке неформальной" (Green, R., "Sexual Science and the Law", Harvard, 1992) . Профессору Ричарду Грину знакомы исследования как американские [что "чаще всего психический ущерб, если вообще наблюдается, то вызывается не сексом, а толкованием и реакцией со стороны родителей, медперсонала, власти, школьной администрации, соцработников" (Walters, D. R., "Physical and Sexual Abuse of Children", Bloomington: Indiana University Press, 1975)], так и британские [что "степень ущерба кажется проистекающим отнюдь не от половой природы события, скорей от сопутствующего потрясения, принуждения, запугивания, семейного насилия. Последующее вторжение родителей, преследователей преступника страдания жертвы усиливает" (Howard League Working Party, 1985)], показывающие страдание ребёнку вследствие залечивания-допроса.

Профессору Дональду Вэсту принадлежат альтернативные методы:

"Многие дети подвергаются ненасильственному сексу, поэтому травмирующего слушанья-лечения можно избежать, если не обращаться к правосудию. В Нидерландах имеются "конфиденциальные врачи" — чиновники, разбирающие жалобы, выясняющие ситуацию, направляющие подозреваемых в учреждения, доводящих до властей только когда отказываются" (West, D. J., "Boys and sexual abuse": an English opinion // Archives of Sexual Behavior. — 1998. — Декабрь).

26

Выдержавший перекрёстное допрашивание, доктор Колинз, однако, вопроса культурного релятивизма сторонился. Для прояснения позиции доктора Колинза и судьи Сауфин я приведу остаток допроса.

— У меня нет ответа. Конечно, педофилы будут оправдываться, что в условной Шри-Ланке с детьми считается нормально, но чего не скажешь оправдываясь.
— А с точки зрения жителя Шри-Ланки?
— Уже ответил.
— То есть, это не везде когнитивное искажение?
— Везде. Вряд ли на Шри-Ланке хотят изнасилования своих детей.
— Получается, когнитивное искажение таковым является везде, во всех странах мира?
— Ну хорошо, когнитивное искажение — способ мышления педофилов, а способ мышления целого народа — то другое.

На перекрёстном допросе:

— Как определяете, когнитивное здесь искажение или нет?
— Смотрю, что за человек. Смотрю, какого хочет секса. Если педофил отстаивает, чтоб ему разрешили с подростками, здесь когнитивное искажение. Если подросток отстаивает, чтоб ему разрешили с подростками, когнитивного искажения нет.
— Как тогда можете быть уверенными, что подростковой инициативы не было?
— Желание поощрять подростка — за педофилом, он и виноват. Инициатор — он один.
— Подросткового соучастия нет?
— Вся ответственность — за педофилом.
— Может, за обоими?
— Ни в коем случае, никогда. Мы же не только дочерей беречь должны. Как 14-летнюю не поощряем с 60-летним, это разве нужно делать с нашими сыновьями?
— Получается, при педофилии между девочкой и мальчиком отличие делать нельзя?
— Секс со взрослыми недопустим и для мальчиков, и для девочек одинаково.

Для меня подлинное когнитивное искажение — вера в ущерб от удовольствия со взрослым (если даже 18-летний). Учитывая, что многие подростки в Канаде давно не девственники. Доктор Колинз реальность подменяет этикой.

27

См., напр.: David Cohen, "Soviet Psychiatry: Politics and Mental Health in the USSR Today", London, 1989.

28

В Новой Зеландии Геральд Мунен, успешно выапеллировавший право собственности на порнографию, пожаловался на телестудию NZTV, применяющую слово "педофилия" как обозначение преступления. Сама студия не прислушалась, и подал в суд.

Суд иск отверг, основывясь на том, якобы так этим словом пользуются все. "Педофилия" больше не медицинский термин, обозначающий сексориентацию — в противоположность деянию. Суд уловил изменение соцустановок, однако бороться с предрассудками поленился. Хотя за последние годы слово затаскали, применяя к убийствам, отчего страдают и педофилы-воздержники.

Вот что важное сказали на суде:

"Апелляционная жалоба на ООО "Television New Zealand", которое 27 ноября 1994 года вещало про лечебное учреждение для половых преступников Рольстонской тюрьмы, несколько раз именуя персонажей "педофилами". Апеллянту кажется, что журналистские принципы требуют объективности, точности, которые преступлены тождествлением педофилов с уголовниками как оправдание дискриминации. Будто бы страдают от этого педофилы, которые закона не нарушали. ООО "Television New Zealand" с обвинением не согласно, про что написало 13 февраля 1995 года. Апеллянт намерен жаловаться повторно".

Жалоба держится различения преступников и людей, влекомых к детям, — с отсылками на словари. Понятно, что как минимум недавно принято педофилией называть и деяния. В отчёте Объединённого парламентского комитета по преступности Австралийского Союза от ноября 1995 года сказано, что затверждённого смысла слова нет, однако "принято при популярных обсуждениях, особенно в СМИ, пользоваться словом "педофилия", хоть и не последовательно, но применительно к преступлениям" (§2.7), а "понятия полового преступления против детей с понятием педофилии пересекаются, но не совпадают" (§2.11).

Моё мнение — что словам естественно развиваться. Был узкий термин, а теперь он расширился, стал применимее. Вряд ли студия что-то нарушила. Лучше разобраться, что в законодательстве понимается под "сексуальной ориентацией". В нашем случае власти сослались на закон О правах человека от 1993 года, §21(1):

"Сексуальная ориентация — принадлежность человека к гетеросексуалам, гомосексуалам, лесбиянкам или бисексуалам".

Видно, что педофилам отказано в определении, как и в применении к ним закона О правах человека. Но применительно к непедофилам аналогичный подоход у телестудии был бы преступным.

Апелляция отклонена, решение суда вполне законно.

29

Несчастные, которые желают исключительно детей, но которые воздерживаются всю жизнь, вознаграждения не получат. Аскетизма, достойного житий, не признают окружающие, которые видят одиночку безбрачным, одиноким, а, значит, и подозрительно ненормальным. Особенно когда работает или волонтёрствует с детьми.

Такие внушают подозрение также мне. Педофилы воздерживаются не только боясь наказания, но притом осознавая половые связи с детьми плохими. С иными точками зрения познакомиться возможности нет, из-за чего бывает изолирован от остальных педофилов.

Страдает от одиночества, неудовлетворённости, клеветы, несправедливо стыдится своих чувств. Аналогично жилось ирландским иммигрантам на Британии, о которых судили по националистам их родины. Доктору Патрику Брэкену принадлежит исследование на приезжих из Ирландии, которые "на 50% вероятнее сводят счёты с жизнью по сравнению с местными — единственная народность, чья продолжительность жизни сокращается по прибытии в Англию. В 2½ раза более склонны к депрессии, в 9 раз более склонны к алкоголизму. Дело не в бедности, поскольку многие приезжие — с корочкой, средний класс".

Ирландцы в Америке — совсем иное. Там ирландцем быть не стыдно. В Англии же "десятилетия проживания в уязвлённой ИРА стране сказываются на психике. Их постоянно попрекают чужими преступлениями" (Bracken, P., "Concern over health of Irish immigrants": article summarising a report in the then current issue of the British Journal of Psychiatry // "The Guardian". — 1999. — 9 февраля).

Ситуация с педофилами подобная. Даже такие, как я, нашедшие себе родственные души, радоваться своей педофильности не могу. Каково же быть одному? Нашёлся бы новый доктор Брэкен исследовать и популяризовать статистику самоубийств у педофилов. Которых исследователю вычислить не так просто, как иммигантов. Разве что через Интернет.

30

По вопросу клеймления педофилов я благодарю доктора Франца Хилеса за конспект его лекции от 22 января 1997 года, предварившей групповое обсуждение педофилии в утрехтском "Alcmaeon'е" — сообществе студентов-общественников. У Хилеса сайт об академических исследованиях педофилии.

31

West, D. J., "Boys and sexual abuse: an English opinion" // Archives of Sexual Behavior. — 1998. — Декабрь.

32

"The Independent", 10 января 2000 года.

33

"The Independent", 1 мая 1999 года.

34

Такое громадное число вызывает общее подозрение. Его взял из сайта "Fresh Petals", они — с общедоступных новостей. Сам ресурс достоверен и полон (особенно живописью), однако, не привык ссылаться полностью.

35

Насколько вредно бороться с хранением детской порнографии, показано. Прочие законы во имя ребёнка грешат аналогичной неразборчивостью — к примеру, помогают гомофобам.

Верховный суд Джорджии на деле Бауэрса-Гардвика поддержал антисодомский закон, а чиновники в перечень запрещённого секса включили "содомию по взаимному согласию, подстрекательство к содомии, публичные непристойности, сексуальные намерения — всё, что вменяется к задержанным в подворотнях" (Laura Brown, "The Southern Voice", цит. по: "Fresh Petals", 1999).

На Сакраменто ветерана гей-каминаута журналиста Брюса Миркена привлекли к верховному суду за покушение на ребёнка. Никакого мальчика не было, только вымышленный полицией 13-летний пользователь Интернета Антошка. Пишущий о проблемах малолетних ЛГБТ-шников, Миркен Антошку пригласил интервьюировать в парке. Но был арестован.

Миркену думалось, это дело будет закрыто, когда будут ясны все подробности. Судья Рудольф Лонке согласился с защитой касательно несерьёзности дела, Миркена выпустили ("Fresh Petals",1999).

36

Французская пресса заговорила о "неоднозначности борьбы с педофилией" (Jean-Michel Dumay, "Le Monde", 25 марта 2000 года), даже министр юстиции Лизавета Жюжо засомневалась ("Рейтер", 24 июня 1997 года).

37

Вторжение в частную жизнь педофилов оборачивается катастрофой. Разоблачение, преследование, наказание — всё более суровое. Пресса в Америке держится столетней традиции смакования процессов и казней — страдания педофилов едва ли выделяются. Но на Великобритании пресса другая, что знаю как её потребитель, и ситуация всё хуже. Вопиющий случай: заперли в Корке 78-летнего священника на 38 лет за преступления 40-летней давности — благодаря международному информагентству.

38

Без ссылок на сайте "Fresh Petals", сентябрь 1999 года.

39

"How I discovered the sinister truth about my daughter's internet "boyfriend"", интервьюирует John Harris // "The Independent" — 2000. — 8 мая.

40

Daniel McGrory, "Child sex cravings of Lara Croft game man" // "The Times". — 2000. — 23 мая.

Robert Verkaik, "Judge calls for law to stop Net paedophile attacks" // "The Independent". — 2000. — 23 мая.

41

На слежение-выманивание бывает и педофилий ответ — использование шифров. Ограны нацбезопасности США пользуются системой "Echelon" для доступа к имейлам и номерам, а не желающие прослушки пользуются шифровкой. Моего знакомого Рика Тёна в марте 1998 года повязали за хранение полузаконных изображений. В сентябре следующего года прокурор убедился, что картинки могли принадлежать Рикову соседу. На компьютере Рика порнухи не нашли, зато нашли шифровальный софт "Bestcrypt". Пароль Тёна не называл, и полиция пыталась взломать в зале суда 18 месяцев. Слушанье "приостановили" за недостатком улик и, пока пишу, в феврале 2000 года судился с государством, чтобы вернули компьютер. Уже власти собираются вводить уголовответственность за нерасшифровывание персональных данных! Отчего пострадают не только педофилы.

42

Ian Burrell, "Mr Respectable' paedophiles face caution, not court" // "The Independent". — 2000. — 10 мая.

43

Исчерпывающее научное рассмотрение педофилии: "Pedophilia: Biosocial Dimensions" / Под ред. Jay R. Feierman. — New York, 1990.

44

Alan Travis & Geoffrey Gibbs, "Vigilantes blamed for wrecking paedophile watch" // "The Guardian". — 1998. — 25 апреля.

45

Owen Boycott & Erlend Clouston, Tabloid section cover story // "The Guardian". — 1997. — 10 июня.

46

Там же.

47

Sir Frederick Lawton, "The abuse of child abuse" // "The Spectator". — 1997. — 1 ноября.

48

D. Howitt, "Paedophiles and Sexual Offences Against Children". — Wiley, Chichester, 1995. — Pp. 190–191.

49

По мере самоидентификации, политической организации, культурной атаки за последние полвека геи добились многого на пути к уравнению в правах с натуралами. Неслучайно разрешение гомосексуалистам иметь личную жизнь — одновременно с уничтожением личной жизни педофилов. ЛГБТ-шники свобождены за счёт отречения от педофилов. Британцы даже поддержали снижение возраста согласия на однополый секс до 16 лет — удивительно при том, что вовсе недавно геев отождествляли с бойлаверами ("педерастия" в действительности секс с "пайсом", а не с мужчиной).

Дело не в заботе о детях. Когда был юным, голубых отвращались больше — даже мне, педофилу, гомы виделись жалкими недоженщинами. О бучах я не слыхивал, и мужественность геев популяризована звёздами вроде Бой Джорджа только позднее. К тому же влияние феминизма породило мужчин более чутких и более нежных.

Как и все тогда гомов я рассматривал через призму неприятия педикации — со всеми выпадающими последствиями. Сам анально никого не хотел (хотя не могу поручиться за прочих педофилов), а в мальчиках всегда ценил не задницу, но безволосую кожную гладкость, отсутствие семяизвержений.

Мои вкусы всё те же, но сексуальное сознание человечества поменялось. Люди более приветливы к естественной неотёсанности секса. Меньше стыдятся света по примеру поколения моей матери; хардкор уже не такой, как 1950-е, дефицит; отсасывающий либо дающая сзади больше не белые вороны. Даже президенту США за такие вещи не грозит отставка.

Объяснение гомолояльности на костях педофилов — утрата стереотипа гея как деторастлителя; разуверивание в немужественности геев; убеждение, что разнополый секс одинаково бывает гнусным. Только первое делает угнетение педофилов двигателем освобождения геев.

А вообще козлов отпущения выискивали всегда. Национальные, религиозные, политические, сексуальные меньшинства признаны причиной всех зол. В наше время, когда в экране полно "наших" любой ориентации, когда геи делают успехи в спорте, моде, даже политике, преследовать уже нужно кого-то другого. На такую роль идеально подходят "педофилы" — маньяки, шастающие ночными переулками. Бешеные псы, грубые развратники — нынче другой имидж: скрытные хитрые дьяволы, мастерски обходящие засады. Конечно, жестокость, упрятанная под личиной дружелюбия, чтобы ребёнку понравиться, войти в доверие, воспользоваться незнанием закона. Здесь образ врага, который наблюдали при кровавом навете на евреев и колдуний (Kincaid, J. R., "Child-Loving; the erotic child and Victorian culture". — London: "Routledge", 1993).

Различение "тех" и "своих" обслуживает проекцию. Дети нравятся не только педофилам, и свои влечения пуганые натуралы пытаются переврать и приписать кому-то другому. Разлаживается семья, трудности на работе — кого винить? Не себя же? Семейные ценности рушат педофилы. Кто-то вне семьи оказывается более заботливым и внимательным отцом, чем ты. Пропаганда секса на телевидении — западное влияние. Педофилы захватили власть…

[У Джеймса Кинкэйда много любопытных наблюдений касательно половой морали. Детская невинность нужнее взрослым, а не детям. "Охрипли кричать, якобы деторастление хуже убийства. Лучше смерть, чем бесчестье. Даже говорить это вслух — банально. Осада комплекса "Брэнч-Дэвидьян" в Уэйко (1993), забравшая 81 жизнь, оправдана сказками про нарушенную девственность. Предпочитая лишение жизни лишению девственности, чьи потребности удовлетворяем? И вместо кого выбрали?" (Kincaid, J. R., "Erotic Innocence; The Culture of Child Molesting", Duke University Press, London, 1998, pp. 16–17).]

Борцу за права человека полезно бы вспомнить середину 1960-х годов — эпоху долиберастическую и допедоборческую. Выдающемуся британскому правоведу лорду Дэвлину принадлежит оппозиция самому понятию личной жизни. Всё личное — лишь интериоризация чужой реакции, реакции первого встречного прохожего. Насколько человек сознателен, настолько понимает недопустимость общественнопорицаемого. Законны только те сексуальные практики, которые признаёт общество, законом укрепляемое. Нарушение нравственности — угроза общественному строю.

Раз общество стало приветливее к ЛГБТ-шникам, изменился также закон, и "для Дэвлина мужеложство — госизмена, поскольку рушит общественный строй, вместо него внедряя чуждый" (Green, p. 256, у которого разбор Дэвлин-Гартовой дискуссии с позиций философии Джона Милля и Джеймса Стивена).

Подобная категоричность уместна только в идеальном обществе, которому развиваться некуда. Для Гарта "достижение смены стереотипов со стороны гомосексуалов отнюдь не "разрушение общественного строя", но мирное преобразование. Демократия страшна предоставлением прохожему права казнить и миловать за всё, что покажется гнусным, — исключая возможность оспаривания".

Тем более что при Дэвлине рассчитывать на стабильную демократичность не приходилось, отчего дискуссию проиграл. Для кое-кого гомосятина гнусна по-прежнему, что не основание для законного преследования. В наше время законы только поддерживают общественное разнообразие, права меньшинств, а не защищают единство.

Замечательно, что в конце прошлого года дискриминацию гомов осудил Европейский суд по правам человека. Дискриминация касалась ориентации, но не деяния, которое тоже может оправдаться приговором. Первое постановление вызвало разрешение со стороны британского правительства геям служить в армии, поскольку на Британии так уволили военнослужащего ("Agence France Press", 13 декабря 1999 года). Второе постановление — разрешение гею на отцовство, поскольку в Португалии разведённого лишили дочери ("Reuters", 21 декабря 1999 года).

Поразительная перемена отношения! Тогда половой приватности Британия не признавала — теперь ей за непризнание разнос. А прошло каких-то 35 лет. Невероятные высоты достигнуты геями за счёт педофилов. Общество развивается настолько бурно, что не следует удивляться, когда между гомоборчеством и педоборчеством отличия не найдут. Если права различных меньшинств охраняются, последовательные люди не заметят ли пятна, мешающего претензиям честности и справедливости?

Кое-какие заметили сейчас, успехи сексологии способны показать всё в новом свете, продвинуть общество к пониманию. Хотя понимание бессильно перед лицом иррационального страха: предрассудки живучи (Green, pp. 262–264).

50

Howitt, p. 205.

51

Howitt, p. 211.

52

Пишет мне:

"Что во всей терапевтической вакханалии способен уловить — идиотское понимание педофильного поведения, разработанное в американском Фагсвиле. Некто Джо Шмой спился, жену потерял. Ему 35 или 50, идёт и насилует женщину, там, или ребёнка. Больше такого не хочет, однако повторяет, и снова повторяет — зависимость.
Целыми неделями слушаю подобный бред и выхожу из себя. Какая, бля, жена — влечения свои знаю с 14 лет! Ненависти к детям не было и нет — о какой "половой агрессии" вообще речь?! Молчат, уставились в ботинки. Кто ни развёлся, спрашиваю, — все становятся педофилами? "Ну,  — бубнят, — обычно так"".

Попытка всех сделать Джонами Шмоями в конце курса маразматичнее.

"Даже подобия какого-то смысла не стало, приучают спасаться от себя — чтобы, там, искушений избегать. Хочется спросить, а какое тут самоспасение, когда Джо Шмой "агрессивен" и до развода был. Теперь у него трезвость и баба новая, так и — по их представлениям, — "агрессия" внутри по-прежнему?"

53

Howitt, pp. 211-212.

54

Подобной терапии жестокие психопаты не поддаются, но чувствительные, совестливые натуры будут уязвимы. Кто беспокоится, чтобы никому не навредить, и самому натянутому внушению поддастся. Если пациенту видны противоречия терапевта себе либо фактам, умного можно винить в "рационализации".

Так энергичные, любознательные люди зомбированы, приучены повторять за психиатром. Их и видели на ТВ: печальный рассказчик, лица не заслуживший, кается за свои злодеяния. Фразы квадратные, в живой речи невозможные — полицейский канцеляризм. "Эбьюз" у него слово-паразит.

Подобные телепрограммы намного тревожнее транслируемых "исповедей", подобных исповедям военнопленных. Что кающийся в защите родины говорит под пыткой, хотя бы понятно. Педофилу же с промытыми мозгами психика больше не принадлежит.

Подобных исповедей понапечатали в "Гардиане" (Malcolm Dean, "A cruel abuse of trust" // "The Guardian", "Society" section. — 1996. — 6 ноября. — Рp. 2–3). Семь исповедей читаем от "реабилетации" не завершивших, и, видимо, пропаганды не принимающих. Говорили напыщенно, что подвергаются давлению, хотя, может, это так и задумано.

Поразительно, как мало требуется признать. Вся сила топорной терапии с треском обрушивается на незначительную часть психики.

"Волонтёрствовавший Ким изначально видел сексуальное насилие частью любовных взаимоотношений, чтобы считать себя нравственным. "Совесть меня не мучила, незаконность этого сознавал, однако не мог это видеть плохим. Я любил и был привязан в полном смысле слова. Ничего подобного дети не знали в их семьях. Ничего сердечного, ничего радостного, только вши.
Началось это вроде как дружбой, мы сошлись, обнимались и целовались, и всё произошло в этом ключе. Как естественное продолжение чувств между двумя. Сейчас я понимаю, что возрастная разница была неправильной"".

Ни любви, ни привязанности в семье, только вши! Поражаюсь, неужели не нашлось и читателя, который засомневался, что лечения достоин Ким, а не родители?

Начинал я с отличия между преступниками грубым и щепетильным. Первый не заинтересован в чужом благе изначально, однако враждебный настрой терапевта может ожесточать любого. Этому способствует изолирование педофила от его микросреды. Все нуждаются в общении, понимании, спокойной обстановке. Чтобы задуматься о ближнем, и сами должны быть удовлетворены.

Терапевты же пытаются свести с ума, лишить общения, приватности. Часто запрещают переписку, свидания, чтоб "искажённого мышления" не провоцировать.

А без общения мышление разве не будет "искажаться" сильнее? Доктор Агний Фог описывает "синдром изолированного меньшинства", чьи симптомы "лучше всего видны в свете расширения девиантности. Одна девиантность приводит к другим. Половая фрустрация, низкая самооценка, стигма, изоляция часто ведут к зависимости от опьянения,.. неполовым преступлениям, экстремизму в политике, самоубийству. Девиантные тенденции вытесняемы, проектируемы на других и проявляются жестокостью к объекту влечения. Перверсный способен убить объект (вроде ребёнка) убивая символически своё влечение" (Agner Fog, "Paraphilias and Therapy", vol. 10. — 1992. — №4. — Рp. 236–242).

Углубляться в идеи Фога лишне, поучительнее задаться вопросом, а много ли маньяков-детоубийц оказалось членами педофильских огранизаций вроде NAMbLa либо PIE? Насколько знаю, ни одного (журналисты раструбили бы). А скольким убийцам приписывают "одиночество", "соцнеадаптированность"? Я статистикой не располагаю, но было бы поучительно подсчитать.

55

Howitt, p. 211.

Мак-Конафи писал о таком отвращении рецидива: "Подобная процедура похожа на сбор информации на политических и религиозных судах прошлого. Презумпция виновности роднит полового преступника с ведьмой — жертва проецирования на него секс-фантазий законопослушных граждан" (Howitt, p. 212).

Это подтверждают исследования, что половое влечение к детям распространено широко. Данные Катерины Смильяныч и Джона Брийра по 180 студенткам и 99 студентам — якобы влекомы хотя бы к одному ребёнку 22,2% парней и 2,8% девушек. У Брийра с Маршей Рунц исследовано 193 учащихся ВУЗа — влекомый к малышам 21% (цит. по: "Interpreting the Satanic Legend" // Journal of Religion and Health, vol. 37. — 1998. — Осень, №3. — Pp. 249–263. Статья ссылается на: Smiljanich, K., & Briere, J., "Self Reported Sexual Interest in Children: Sex Differences and Psychosocial Correlates in a University Sample" // "Violence and Victims". — 1996. — 11, 1. — Рр. 39–50. Briere, J., & Runtz, M., "University Males' Sexual Interest in Children: Predicting Potential Indices of "Pedophilia" in a Nonforensic Sample" // "Child Abuse and Neglect". — 1989. — №13. — Рр. 65–75).

В исследовании

Quinsey V. L., Steinman C. M., Bergersen, S. G. & Holmes T. F., "Penile circumference, skin conductance and ranking responses of child molesters and "normals" to sexual and nonsexual visual stimuli" // "Behavior Therapy". — 1975. — №6. — №213–219

нашли, что "нормальные мужчины переживают эрекцию на картинки с девочками подросткового и более молодого возраста в 70% случаев, а на взрослых женщин — 50%" (цит. по: Howitt, p. 109).

Говит описывает и работу,

Freund, K., & Watson, R. J., "Assessment of the sensitivity and specificity of a phallometric test: an update of phallometric diagnosis of paedophilia" // Journal of Consulting & Clinical Psychology. — 1991. — №3(2). — Рр. 254–260,

в которой диагостируют по пенисным объёмам, а не по длинам окружности:

"В качестве предварительной оценки сравнили реакции у добровольцев и женообидчиков на людей разного возраста в слайдах. Некоторые женообидчики показали предпочтение в пользу детей (3,1%), хотя среди законопослушных это каждый пятый (19,4%). Можно судить о распространённости педофильных тенденций в генеральной совокупности" (Howitt, p. 111).

Исследовательская группа Гордона Холла отчиталась:

"Признания с реакциями на телейо- и педофильные стимулы проверили по 80 мужчинам-волонтёрам. Более ¼ признались во влечении к детям или демонстрировали реакциями не слабее реакций на взрослых. Что педофильная реакция — функция возбудительных общих факторов, подтверждается корреляцией между реакциями телейо- и педофильной. Возбудимые, реакции скрыть не умеющие, легче возбуждались на любые стимулы по сравнению со сдержанными. Следовательно, возбуждение на педофильные стимулы не обязательно ведёт к педофильному поведению" (Gordon C. Nagayama Hall, Richard Hirschman, Lori L. Oliver, Authors' abstract of their article "Sexual Arousal and Arousability to Pedophilic Stimuli in a Community Sample of Normal Men" // Behavior Therapy. — 1995. — №26. — Рр. 681–694).

56

Аналогию можно продолжить. Взрослые, наиболее мужчины, от ребят изолированы — в том числе родители с учителями. На педофиле клеймо столь же пожизненное, как и цвет кожи, хотя не настолько заметное. Поэтому под подозрением каждый. Другое отличие от апартеида — белые, негры, индийцы в Южной Африке различимы на глаз, а влечение к детям аналогичнее цвету кожи бразильцев, имеющий широкое разнообразие оттенков. В55 говорили, что нередко мужчины проявляют влечение к детям и сами того не зная. Напрашивается шкала наподобие Кинсивой, но не по половому, а по возрастному признаку объекта.

57

Этими соображениями обязан Давыду Штайнбергу, представившему "Art and the eroticism of puberty" на совещании 1999 года Западной секции Общества научного исследования сексуальности.

58

"Sex register fingers the young", июль 1999, новости на сайте "Fresh Petals".

59

"Children organise sex ring" // "Associated Press news item datelined York Haven". — Pennsylvania, 1999. — 4 июля.

60

Знаменитейший подростковый дневник — Анны Франк. Им зачитывался весь мир, эротические же страницы стали достоянием общественности только в последние годы (Anne Frank, The Diary of a Young Girl, The Definitive Edition. — "Penguin", 1997).

13–15-летняя девочка была бы рада своей славе, поскольку хотела издаваться, но дневник её родители встретили бы невосторженно.

Некоторые записи были бы катастрофой для неё и для родителей. Хотя в нидерландском убежище стеснены были все, мера стеснения разделяема подростками даже современными.

Кое к чему в написанном Анна неспокойна сама. 22 января 1944 года прокоменнтировала запись от 2 ноября 1942 года. Сколько бы ни было той записи, не могу замолчать её. Вот как отзывается о былом:

"Такое больше писать не смогу. Перечитываю спустя полтора года, поражена своей детской чистотой, утраченной навсегда. Как хочется снова ловить настроение, писать о Маше, маме с папой — словно было вчера, но не представляю, чтобы так открыто писала про другое. В замешательстве от того, что не смогу выправить. Написано бестактно" (Anne Frank, p. 60).

"Чистота" её не сексуальная безграмотность, а, напротив, сексуальная непосредственность и "бестактность". Она чиста от взрослой стыдливости.

Кто сокрушается по поводу "сексуализированности" детей, чего не было "в наше время", пускай получше знает и время и детей — по дневнику Анны Франк. Её бы внесшему в список половых преступников, а не в иконостасы.

"Ложусь я, бывает, в постелю — страсть как хочется потрогать мои груди, слушая мерное тихое сердцебиение. Чувствовала до того, как я здесь появилась, однако безотчётно. Жакия ночует со мной — больше пытливости не сдержу. Что за тело постоянно прячет от меня? В знак дружбы, не погладим ли мы груди друг дружке? Жакия сказала нет — я хочу целовать, я целую. Девичье тело для меня — что Венера с учебника, вводит меня в экстаз. Обнажённая тонкость, изысканность щемит мою душу — насилу сдерживаю слёзы. Если бы только у меня была девушка!" (Anne Frank, p. 161. Жакия — подружка со школы, помянутая на стр. 5 — и больше нигде.)

Анне нравятся мальчики тоже — забавна в её собачьей преданности Петру (хотя в приставании к Жакии задразненному Петру ничего бы забавного не виделось). Развила взгляды на преимущества полового воспитания, женской "чести" не признаёт.

61

О законопроекте Си-оу-пи-пи-эй — на сайте Electronic Privacy Information Center'а.

62

Современная культура секса прилизана, связана с не самыми приятными воспоминаниями. Наиболее с историей Лауры Ли "Cider With Rosie" (1959) о взрослении в английской деревне 80 лет назад.

Напечатанная полвека тому, книга беспокоится по поводу книминопаники. Тогда сообщество принято было защищать от подростковых нарушений правопорядка, но не детей защищать от мужчин. Однако паника по поводу "роста преступности" предвидена. В романе проблема городской изоляции, незнания соседей, слепое доверие полицейско-врачебной статистике. Во многом это наблюдаемо сейчас, однако не предвидела политиканско-журналистского симбиоза.

Ирония, но сколько бы школьников эту книгу ни прочитало в рамках программы, ко взрослению забывают.

Свои детские сексуальные воспоминания продолжаются фантазией, что, будучи мальчиком в городе, попался бы полиции в статистику, чего бы не случилось в его родной деревне.

"Криминализации нет, она только сгущение сетей на городскую молодёжь. Наша деревня, хоть и не достойна Гесиодовой лиры, но зато люди сознательно терпимы. В статусном нарушении повинны все. Убийства, поджоги, ограбления, силования случаются с неизбежной регулярностью годами. В глуши цветёт инцест, утешение зверьми, свидания мужчины в поле с мальчиком. Всему виной пьяная неотёсанность и животность, и сельская скука. Нет одобрения, нет осуждения, нет и жалобы властям. Иногда бранят, осмеивают или связывают, однако сора за пределы прихода не выносят" (Laurie Lee, "Cider With Rosie". — Penguin, Harmondsworth, 1962. — P. 206).

С отрывка нельзя видеть эпоху Золотым веком. Ограбления, силования, просто скука переносили без утешения душем и телевизором.

Наша задача — детскую свободу, детские приключения совместить с устранением опасностей. Велопоездки всем двором по всей деревне — пускай. Без шлемов! Это уже нет. Проблема родителей — преувеличение риска, в том числе благодаря журналистам и рекламирующимся сервисам.

Увы, понимание достигается долго. В прошлом году под крики: карул! охоту на незнакомцев осуществили детозащитники с NSPCC, чем заслужили критику Фонда душевного здоровья, недавно выявившего "повышение стрессовой и другой нездоровой статистики, вызванное ограждением детей от рисков" (David Brindle, "Charity campaign accused of fuelling parents' fears" // "The Independent". — 1999. — 2 августа).

Мотивацию NSPCC в "Observer'е" харатеризовал Джей Рэйнер:

"Несомненно, что подход NSPCC определяет его финансирование. Домы Барнардо с NCH Action for Children половину дохода получают от соглашений с местной властью. Приходится торговать усложнённой аргументацией, статистическим анализом, убеждая своих учёных кормильцев. С другой стороны, NSPCC-ников на 90% кормит общественность. И приходится рекламировать со слоганами: дети в опасности. Без жестокости к детям NSPCC существовать незачем" ("Why this NSPCC advert is harmful to children" // "The Observer". — 1999. — 8 августа).

Профессору психиатрии Саутгемптонского университета Колину Причарду кажется, "NSPCC ведёт свои игры… Статистика детоубийств ещё никогда не была настолько низкой". Для него NSPCC детей рисует в такой опасности, что скорее помрут от их сообщений. Чиновники показали, что в 1995 году незнакомцы детей убили 7 из 46 убитых. А "в каждый с последних лет убиты насилием по 50 детей, а 250 убито водителями… Если NSPCC рекомендует детей не пускать улицами, но перевозить самим, этим самым риск умереть увеличивается".

63

Продемонстрировать это сложнее, выводы делаю на основании настроений в обществе. Пока исполнители Children Act'а не пекутся о половой приватности детей, они способны таковую понимать антисексуально. Как аутоэротизм в противоположность влиянию сексуальности ближнего.

64

Каждый поддерживает моду говорить о приватности. Когда переписку в электронной почте может прочитать и посторонний. Никто не в стороне от проблемы.

Сексуальность уязвимее всего, но делает уязвимой также носителей. За свою личную жизнь отчаянно борются риторы, сочинители, полтиактивисты, как ещё не боролись никогда в истории.

Приватность единодушно признают в семье, чему свидетельство некоторые статьи Европейской конвенции о правах человека, деклараций США и ООН. Уставы профсоюзов аналогично согласны в отношении трудовой дискриминации по признаку сексориентации.

Согласие, конечно, только формальное. По высокопарности формулировок явна полемичность, она говорит о неутихшией дискуссии, подменённой броскими лозунгами. Подлинные планы политиков остаются за кулисой.

К примеру, лозунг, якобы спальни народа не государственное дело, на котором наспекулировались ЛГБТ-шники. Не государственное почему? Видать, из уважения к приватности. А что это такое? Ну хотя бы признание за человеком ночлега. Вроде бы демократично.

Но достаточно поменять лозунг на: дортуары не государственное дело, будет обоснованности меньше. Люди спят по палатам, казармам, интернатам, тюрьмам и даже на скамейках, однако право на личную жизнь в этих местах не подразумевается.

Успех идеи спальничего суверенитета — из-за приспособления лозунга к народу. В Англии 1960-х годов ЛГБТ-шники защищали спальни всего народа, но большинство народа было семейственным. Влиятельным, уважаемым и в эмансипации не нуждающимся. Дом гетеросексуала был его крепостью, паспортная печать защищала половую жизнь от занесения в уголовное дело. Рисующиеся защитниками спален всего народа, геи пугнули возможностью всё то потерять.

Неспроста говорю про гетеросексуала. В середине века было законно даже насиловать жену — церковь одобряла, ведь мужу положено "господствовать". Неофицильно можно было также детей в своём доме — при сочувствии, коль оправдывается неисполнением супружеского долга со стороны женщины.

На том и сыграли геи в 1960-е: вот оно что по домам разрешаете — чего придираетесь к использующим домá по-своему? Парламентарии с лоббистами свои дома действительно хотели пременять по-своему. Даже когда не терпели гомосятины по плешкам и туалетам, однако спальни — святое.

Мораль истории такова.

  • Право половой приватности не абсолютно. Понятно только в контексте породивших его традиций.
  • Право половой приватности не должно быть асбтрактно. Борьбе за него предшествует исследование интересов конкретных классов и групп.
  • Право половой приватности должно быть полезнее, чем его отрицание.

65

Настаивание на праве приватности для детей могут использовать и притеснители сексологии. Ведь исследования можно представить вторжением в личную жизнь детей. Научному работнику следует отстоять общественную ценность его работы, точность используемого понятия "приватность", разъснения резона для застоя науки помимо защиты "невинности".

Участники весеннего съезда Национальной противоцензурной коалиции в Нью-Йорке (1999), посвящённого детской телесности показали, чего стоит учёным опасаться:

"Писатель Юдифь Левин, художник Варвара Полак и профессор психологии Леонора Тайфа показали некоторые натяжки-потиворечия теории детской асексуальности. Левин отследила детский невинно-пассивный имидж из XIX столетия наряду с общественно-политическими брожениями современности вокруг этого. Нынче показывают юные тела рекламщики, но в частной, некоммерческой обстановке цензура не позволяет (Полак).
Согласно Тайфа, чтоб изображения влияли на частоту половой преступности против детей, свидетельства нет. Как и свидетельства, будто половая в детстве жизнь вредна. Но такая вера цензуре необходима, чтобы мешать исследованию детской сексуальности".