Почему легализация детской порнографии имеет прямое отношение к движению за права молодёжи

Отправлено admin от 23.04.2013 - 02:53

перевод с английского. ссылки в этой статье могут указывать на содержимое на английском и немецком языках

 

«Когда какое-либо правительство, какая-либо церковь или кто-либо другой подобный им решает сказать своим последователям: «Это ты не должен читать, это ты не должен смотреть, это тебе не должно знать», конечным результатом всегда будет тирания и репрессии, неважно сколь праведными были мотивы»

Роберт Хайнлайн, «Если это будет продолжаться…»

Я выражаю большую благодарность участникам форума GirlChat за их бесценную помощь в работе над первыми версиями этой статьи и в окончательном варианте я включил ряд их предложений и комментариев.

Недавно я написал статью, отвечающую на вопрос, часто приходящий нам из разных источников, на предмет того, какое отношение законы о возрасте сексуального согласия имеют к движению за права молодёжи, и не являются ли сторонники права выбора из числа педосексуалов просто эгоистами, утверждая, что этот вопрос имеет большую важность. Сегодня я хотел бы перейти к тому, что можно считать второй частью той статьи, обращаясь к тому же вопросу в отношении различных видов изображений и текстовой информации, которая классифицируется как «детская порнография» властями той или иной страны. Другими словами, в этой статье я предлагаю ответ на разнообразные вариации вопроса и сопутствующих ему комментариев: «Какое отношение детская порнография имеет к борьбе за освобождение молодёжи? Я не думаю, что какой-либо молодой человек до 18 лет будет иметь даже минимальное желание участвовать в эротических фото- или видеосъёмках, поэтому для сторонников права выбора из числа педосексуалов глупо, эгоистично и вредно выступать за легализацию этих материалов даже в обществе, признающем права молодёжи».

Это достаточно серьёзный вопрос и комментарий, но может ли он устоять перед тщательным рассмотрением и логическим анализом? Для начала тем, кто придерживается вышеприведённого мнения, предлагается ответить почему так много молодых людей старше 18 лет имеют очевидное желание участвовать в фото- и видеосъемках эротического характера. Ведь наши оппоненты в то же время уверены, что ни один молодой человек до 18 лет (или всего на несколько лет моложе) не имеет желаний участвовать в таких съёмках. Оправданы ли заявления борцов за права молодёжи, что те, кто сейчас имеет статус «несовершеннолетних» (особенно средние и старшие подростки), имеют немало таких же способностей и желаний, как и у взрослых, за исключением желания публично выражать свою сексуальность?

В первую очередь, что говорит об этом широкое распространение случаев секстинга с помощью мобильных телефонов в среде несовершеннолетних? Посмотрите новостные статьи на эту тему здесь, здесь и здесь.


Статьи по приведённым выше ссылкам являются лишь небольшой частью среди множества примеров, которые можно легко найти с помощью Google. Хотя вы можете заявить, что отправляемые подростками фотографии предназначены исключительно для их близких людей (парня/девушки), следует учесть следующие моменты: 1) несовершеннолетним запрещено публиковать в открытом доступе свои фотографии в обнажённом виде или в провокационных позах, и 2) многие всё равно публикуют их на своих страницах в MySpace и Facebook и не все поступающие так ограничивают доступ к своим страницам и фотоальбомам.

Затем следует учесть факт распространения в последние два десятка лет сайтов с юными моделями, многие из которых остаются легальными, несмотря на большие усилия американского правительства криминализировать всю отрасль. На таких модельных сайтах девочки/девушки (и иногда мальчики/юноши) зачастую представлены в откровенной одежде и иногда даже в довольно провокационных позах. Webe Web — одна из крупнейших и самых известных компаний, производивших материалы с участием юных моделей, была уничтожена после того, как троим её владельцам было предъявлено (по мнению некоторых - сфабрикованное) обвинение в распространении детской порнографии. Правительство США надеялось, что вместе с крахом Webe Web будет положен конец всей базирующейся в США индустрии. Причина в том, что некоторые из юных моделей, чьи фотографии ранее публиковались компанией Webe Web, начали работать самостоятельно после её закрытия, во многих случаях с новыми сайтами, открытыми их родителями. Когда по аналогичной причине в Европе было закрыто агентство Gegg Agency, некоторые из девочек-моделей, чьи фотографии публиковались этой компанией, также появились на других сайтах, зачастую с помощью своих родителей, которые во многих случаях на удивление отказались сотрудничать с правоохранительными органами. Лишь единицы из родителей реально пытались поднять шум в СМИ по поводу «эксплуатации детей», якобы имевшей место в Gegg Agency, что наталкивает на мысль о более вероятном закрытии агентства в результате давления со стороны США и Великобритании, чем по каким-то действительно серьёзным причинам. Известно, что давление со стороны США с возможным участием Великобритании внесло огромный вклад в закрытие и предъявление обвинений владельцам детских модельных агентств на Украине, которые производили материалы, иногда включающие изображения в обнажённом виде, которые не были легальными в США и некоторых других странах, но по словам одного из моих друзей-активистов Q. «не ясно, нарушали ли они местное законодательство». Он также отметил: «Как и после закрытия Webe Web и Gegg Agency те же модели стали появляться на других сайтах и не сотрудничали с полицией».

Совершенно ясно, что государство и родители зачастую оказываются по разные стороны баррикад в отношении детского модельного бизнеса и того, какие изображения можно считать «пристойными», включая те, что содержат обнажение. В сообществе педосексуалов есть люди, которые с удовольствием посещают легальные сайты этой тематики, и в то же время они категорически против появления юных моделей и актрис в фильмах более откровенного эротического характера, вне зависимости от того, что сами эти подростки думают о съёмках в них. Эти педосексуалы абсолютно уверены, что ни одна из юных моделей, позирующих для существующих ныне легальных (пусть и вызывающих вопросы) сайтов, не будет иметь ни малейшего желания участвовать в эротических съёмках, даже в обществе, где признаются права молодёжи. По их мнению, продиктованному этим твёрдым убеждением, вопрос детской порнографии не имеет отношения к борьбе за права молодёжи, и выступающим за право выбора педосексуалам, и всем остальным борцам за права молодёжи впридачу следует оставить этот вопрос в стороне ради «блага» движения. Вероятно, некоторые придерживаются мнения, что активисты из числа подростков сами не хотят, чтобы их сверстники имели право выбора, и при этом те же активисты не возражают против наличия того же права у достигших 18-летия. И причина, судя по всему, кроется в том, что они лично считают некоторые возможные варианты выбора очень «коробящими» и поэтому поддерживают лишение права выбора в этих случаях. Другими словами, если определённый выбор достаточно сильно оскорбляет чувства общества и есть твёрдое убеждение, что совсем немногие члены определённой группы (если они вообще найдутся) захотят сделать такой выбор, то вполне допустимо юридически отказать в свободе выбора этим людям в этих конкретных случаях.

Как отметил один из моих друзей-активистов S.:

Свобода включает в себя свободу для других поступать так, как нам не нравится (пока это поведение не причиняет нам или кому-то другому страданий без предварительного согласия и в явном виде).

Если молодёжь получит права, им должна быть предоставлена свобода следовать такому образу действий, который для некоторых будет неприемлем с моральной точки зрения. Против участия взрослых в эротической индустрии высказываются точно такие же возражения — но опять, что касается взрослых, мы предоставляем им свободу стремиться к счастью в том виде, как они его себе представляют, даже если этот образ кажется отвратительным и лично оскорбляет нас. Однако несовершеннолетним эта свобода не предоставляется. Они могут стремиться к счастью в своём представлении только если это представление попадает в рамки, установленные определёнными взрослыми.

Проблема в том, что приведённые выше примеры секстинга, загрузки фотографий в обнажённом виде или в провокационных позах в социальные сети, а также развитие молодёжной модельной индустрии вполне логично указывает, что в обществе, признающем права детей и подростков, найдутся те из них (и, возможно, их будет не так уж и мало), кто не только пожелает участвовать в фильмах с обнажением и даже с явно эротическим сценарием, но некоторые могут даже захотеть сниматься в фильмах или фотосессиях, специализирующихся на эротической тематике. Откуда берётся предположение, что склонность к эксгибиционизму присуща только и исключительно лицам старше 18 лет? Правда ли, что эмпирические данные подтверждают эту точку зрения?

Хотя некоторые заявляют, что выступать за легализацию большей части того, что сейчас называется детской порнографией в обществе, признающем права молодёжи, (или даже в нынешнем обществе) является вредным и не соответствует интересам молодёжи, от имени которой мы выступаем, существуют гораздо больше причин утверждать, что всё как раз наоборот.

Подумайте, какое впечатление формируется у общества, когда оно слышит от борцов за права молодёжи порицание всех видов эротических материалов с участием юных? Благодаря этому может сложиться мнение, что образ несовершеннолетних, участвующих в эротических сценах в фильме, или каким-либо образом публично выражающих свои сексуальные желания, является чем-то непременно «отвратительным» и «неподобающим», несмотря на то, что хорошо известно о наличии у молодёжи таких желаний. В то же время, большинство тех же самых людей считают, что такая активность вполне нормальна и допустима для человека старше произвольно установленного возраста 18 лет, причём в любой форме по их желанию, как будто совершение абсолютно тех же действий людьми, не достигшими этого возраста, содержит в себе какой-то неотъемлемый «коробящий» элемент.

Что конкретно такого уродливого нашлось в обнажённом теле людей младше некоего произвольно установленного возраста? Или, более конкретно, что реально безобразного в том, когда не достигшая 18 лет девушка демонстрируют грудь и область паха на камеру, при этом, когда абсолютно то же самое делают молодые женщины 18 лет и старше, никто не считает это уродливым, унизительным или эксплуатацией? Разве добровольный обмен приятными ощущениями типа сексуальной активности на камеру с участием несовершеннолетних является чем-то по сути омерзительным или по своей природе «плохим»? И наоборот, почему когда то же самое делает молодёжь старше 18 лет, это не вызывает никаких возражений и обвинений в эксплуатации? Почему право сексуального выражения, дающее свободу для людей выше одной конкретной возрастной границы, в то же время является унизительным и эксплуатацией для любого человека с теми же желаниями, который оказался по другую сторону той же самой произвольно установленной границы? Разве в выражении сексуальности есть что-то противоестественное для молодёжи, что ни один человек младше произвольно установленного возраста не захочет реализовать его? Что такого противоестественного в выражении сексуальности, что даже некоторые якобы борцы за права молодёжи по сути настаивают, что мы и дальше должны законодательно запрещать не достигшим 18 лет иметь возможность сделать этот выбор? Что такого поворотного в конкретном хронологическом возрасте 18 лет, при достижении которого вся активность в этой сфере вдруг становится допустимой в глазах нашей культуры? Почему этот конкретный возраст имеет столь сакральное значение в коллективном сознании общества, как будто его огромное юридическое значение соответствует некоему закону космического масштаба? И вновь, что может быть даже более важно, какой посыл направляется обществу, когда данная точка зрения исходит от политической платформы, которая по идее должна выступать за права и свободы, а не за какую-то морализаторскую форму идеологии «защиты детей»? Каким образом продолжающаяся криминализация этого вида эротики может способствовать общему принципу предоставления прав среди любой общественной группы? Было ли хоть раз, чтобы какая-либо цензура и позиция в защиту прав и свобод шли рука об руку и успешно сосуществовали?

Некоторые могут заявить, что легализация детской порнографии нанесёт вред несовершеннолетним даже в обществе, где признаются права молодёжи, и поэтому она не в интересах юных. Давайте рассмотрим это утверждение с использованием нескольких фрагментов из статей, ссылки на которых приведены выше (а именно, из третьей по счёту), где говорится о том, как современные законы о детской порнографии и «непристойности» повлияли на несовершеннолетних, уличённых в секстинге.

СМИ всё чаще рассказывают о преследованиях за публикацию в интернете непристойных фотографий. И юристы говорят, что без ответа остаётся много вопросов на предмет того, следует ли преследовать молодых людей, отправляющих другим фотографии со своим изображением, за непристойность или детскую порнографию.

В этом году в Висконсине 17-летнему подростку было предъявлено обвинение за хранение детской порнографии после того, как он выложил в интернете обнажённые фотографии своей бывшей подруги, которой на момент съёмок было 16 лет.

В Алабаме арестовали четырёх учеников средней школы за обмен своими обнажёнными фотографиями. В городе Рочестер, штат Нью-Йорк, 16-летнему юноше грозит 7 лет тюрьмы за пересылку друзьям обнажённой фотографии 15-летней подруги.

«Я не думаю, что это имелось в виду при написании законов» сказал Том Сплейн — адвокат подростка из Рочестера, который в этом году работал уже с семью подобными случаями. «Я думаю, закон предназначался против взрослых педофилов (!), собирающих фотографии маленьких детей, а сейчас мы приходим к тому, что учеников старших классов накрывает волна подобных обвинений».

Поэтому выходит, что эти «защитники детей» сейчас заявляют, что законы, изначально предназначенные для запрета «взрослым педофилам» (на самом деле гебефилам) приобретать фотографии несовершеннолетних подростков, о которых они (о ужас!) могут начать фантазировать в тёмных уголках ума, имеют непредусмотренные изначально негативные последствия для другой части общества — той самой части, которую эти законы должны были с самого начала «защищать». Однако многие активисты считают, что для этих «поборников нравственности» является совершенным лицемерием вести себя так, как будто они шокированы фактом преследования самих несовершеннолетних, а не только взрослых «извращенцев», для «защиты» от которых эти законы были якобы установлены. Ясное дело, что «защитники детей» строят здесь из себя саму невинность, поскольку любому политику с IQ выше 40 хорошо известно, что любой драконовский закон будет неизбежно иметь такие «непредвиденные» последствия для всех слоёв общества, включая тех, кого эти законы якобы предназначены «защищать» от страшного преступления, совершаемого в тёмных закоулках ума взрослого человека, фантазирующего на их изображения. Здесь мы просто обязаны задать несколько очень важных вопросов, ответы на которые могут оказаться очень неудобными. Что произойдёт в будущем, когда эти законы, продолжая наступление, поставят под следствие несовершеннолетних девушек за пересылку друзьям своих собственных фотографий в открытом платье или другой «сексуальной» одежде для карнавала или выпускного вечера? Более того, что в будущем произойдёт с родителями, если они пошлют такое изображение своим друзьям, дабы всего лишь показать как прекрасно в тот вечер выглядела их дочь? Что произойдёт, например, если по мнению закона один из взрослых, кому родители отправили фотографию, имеет склонность возбуждаться при просмотре такого материала? Если вы думаете, что я здесь нарочно преувеличиваю, то посмотрите сколь неопределёнными и широкими с течением времени становятся определения детской порнографии. Подумайте например, о многих случаях с момента начала педоистерии в конце 1970х и установленных в результате драконовских законах, по которым родителей арестовывали за фотографирование своих младенцев и маленьких детей в ванной или на пляже. С момента изобретения фотоаппарата в семьях делались такие фотографии без какого-либо умысла, но те же законы, принятию которых родители в самом начале аплодировали, во многих случаях вполне предсказуемо ударили по ним самим. Ни один слой общества, в некоторых случаях даже сами архитекторы этих законов (привет бывшему сенатору Марку Фоли), не избежали последствий тех драконовских законодательных мер.

Если вы читали мою предыдущую статью, где я рассматривал законы о возрасте согласия и их связь с движением за права молодёжи, вы вспомните моё замечание, что принятие и допущение одного драконовского закона в обществе, претендующего на звание демократического, почти непременно имеет накопительный эффект в отношении дальнейшего законодательства в той же сфере. Результатом будет всё большее количество оправданий дальнейшего роста запутанных и широкоохватных драконовских законов. Вполне предсказуемо, что с течением лет большое число граждан было осуждено за деяния, о которых они и не подозревали, что принятые с абсолютно благородными мотивами законы теперь охватывают и их. Конечным результатом является непреклонный курс к полицейскому государству тотальной слежки, где защита частной жизни — неизвестное понятие, а боязнь случайно нарушить какой-либо хитроумный закон — обычное дело. Как это может принести пользу или защитить молодёжь от вреда? Что насчёт серьёзных последствий в отношении общей массы взрослых и гражданских прав, которыми они, в отличие от несовершеннолетних, обладают? И разве можно сказать, что большинство подростков-активистов, выступающих за права молодёжи, реально согласились бы на продолжающиеся ограничения их выбора в этой конкретной области? (Единственной другой областью в сфере прав молодёжи, которая сопоставима с сексуальными правами в плане эмоциональной окрашенности, является обеспечение прав согласно Второй поправке (касающейся ношения оружия — перев.), но это другая тема.)

Конечно, вы можете заявить, что акт секстинга сам по себе может иметь множество непредсказуемых последствий (см. примечание 1). Подобная озабоченность конечно справедлива, но является ли полная криминализация того, что совершеннолетним разрешено делать вне зависимости от сопутствующих факторов риска, верным решением данной проблемы?

Этот вопрос стоит задать, поскольку свобода выбора крайне важна для любой платформы, посвящённой борьбе за права и свободы, и значительную роль в этом играет право брать на себя риски. Существует множество способов, которыми юношей и девушек можно предупредить о неосмотрительной отправке собственных обнажённых фотографий своим близким или друзьям с помощью мобильного телефона, которые лишают оснований требование «во имя защиты детей» установить ограничения свободы выбора (примеры таких способов, не нарушающие демократические принципы, см. в примечании 2).

Вопрос того, сколько молодых людей младше некоего произвольно установленного возраста, захотят или не захотят сниматься в эротических фильмах или фотосессиях, не имеет совершенно никакого отношения к свободе выбора (см. примечание 3). Свобода выбора это наверное наиболее важный аспект любой программы или платформы, которая претендует на то, чтобы опираться на права и свободы, и включает право выбора в сферах, к которым участвующим активистам затруднительно обращаться, или в которых они лично считают «неподобающим» давать такое право по какой-либо причине (см. примечание 4).

Другой вопрос, которым «защитникам детей» следует озаботиться — это как вся масса нынешних законов о детской порнографии наносит урон самому фундаменту демократического общества в целом. Сюда включается благополучие всех членов общества, вне зависимости от их личных предпочтений в эротических материалах или отсутствии таковых. Вы спросите, как это может быть? Ответ очень прост и логичен и он был бы гораздо более ясен для любого, если бы они просто заставили себя всегда ставить логику и здравый смысл впереди эмоций при рассмотрении какой-либо конкретной темы.

Как я уже многократно говорил ранее, любое общество, заявляющее об опоре на демократические принципы, страдает непомерно при принятии в законодательную систему даже всего одного драконовского закона, неважно сколь подлинно благородными или благими были намерения тех, кто его принимает или поддерживает. История вновь и вновь показывает, что драконовские законы, принимаемые в условиях демократического общества, несомненно имеют накопительный эффект и в конечном итоге носят разрушительный характер в отношении самых дорогих принципов этого общества. Другими словами, принятие и допущение даже одного такого закона в демократической системе с течением времени постепенно ведёт к всё большим и большим оправданиям для других драконовских законов с постоянно растущей строгостью и охватом последних. Причина в том, что оправдание «необходимости» для одного такого закона может легко привести к дальнейшим обоснованиям для других подобных законов с течением времени, особенно когда поднимает свою омерзительную дутую голову определённый вид истерии.

Вот почему помещение законов, относящихся к хранению и просмотру детской порнографии в особый класс изображений (и иногда текста), которые не подпадают под защиту Первой поправки, постепенно перешло во всё более масштабные и абсурдные запреты, которые стали наступать на изображения, при создании которых несовершеннолетние вообще не использовались или которые были созданы с участием исключительно совершеннолетних моделей (примеры см. в примечании 5). Это ясно показывает, что подобное законодательство непременно приводит к криминализации мыслей, а не изображений реальных людей или объектов, что является очень опасной перспективой для демократической системы.

Вышеприведённые факторы ясно показывают почему для общества, претендующего на звание демократического, крайне вредно допускать принятие какого-либо драконовского закона или любой формы цензуры в отношении того, какие изображения или текст люди имеют или не имеют право смотреть или хранить, или любой идеи, за которую они могут выступать, явно или неявно, или обращаться к информации о которой (в письменной или визуальной форме). Здесь нет разницы сколь благие намерения могут быть использованы для оправдания запрета этих изображений или текста, а также вызываемых ими якобы «опасных» мыслей, или сколь сильно человека оскорбляет или расстраивают данные изображения или текст. И это, конечно, в равной степени относится к политически мотивированным обоснованиям для цензуры изображений или отчётов о военных преступлениях, но это совсем другая тема, несмотря на ту же степень важности в сфере законодательства о цензуре и его последствиях на якобы свободное общество (снова см. примечание 5, где представлено больше примеров изображений и фотографий, запрещённых различными западными государствами с подобным обоснованием).

Теперь, дабы внести ясность и исключить недопонимание, я должен отметить, что никоим образом не поддерживаю производство детской порнографии с участием детей или подростков, где их реально принуждают к сексуальным контактам или подвергают истязаниям, равно как и право производителей свободно продавать эти материалы. Моё отношение к этому точно такое же, как и к порнографии, изображающей реальные изнасилования взрослых, даже если бы реально существовал растущий международный рынок такого материала, как об этом однажды рассказали наши уважаемые оплоты правдивой информации — правоохранительные органы и их регулярные пособники в обмане населения — контролируемые крупными компаниями СМИ. К сожалению, когда речь заходит о детской порнографии, люди первым делом вспоминают именно об этих изображениях изнасилования, что происходит благодаря безустанно насаждаемому СМИ образу, подобно тому как (что столь же важно для прав молодёжи) люди автоматически думают о грязном сарае с нечеловеческими условиями при упоминании понятия «детский труд», как будто у молодёжи абсолютно отсутствует желание работать и зарабатывать или возможность найти место работы с вполне человеческими и приличными условиями в нашем развитом обществе (хотя опять, это тема для отдельной статьи).

Факт остаётся фактом, что правоохранительные органы ещё ни разу не потрудились предоставить общественности доказательства частых и совершенно шокирующих заявлений о том, что содержится в их коллекции детской порнографии. Кроме того, их категорический отказ разрешить даже лишь нескольким объективным и уважаемым журналистам посмотреть этот материал для подтверждения достоверности их зачастую невероятных заявлений, говорит сам за себя (см. примечание 6, где приведено ещё несколько примеров таких уловок, использовавшихся правоохранительными органами с большой помощью СМИ в не столь отдалённом прошлом). Поэтому даже для тех, кто ненавидит саму мысль о детской порнографии, совершенно абсурдным будет заявлять, что нет ничего сомнительного или подозрительного в политике правоохранительных структур, запрещающих даже уважаемым журналистам посмотреть эти фотографии и видео с целью подтвердить достоверность ранее сделанных утверждений об их общем содержании. Это особенно актуально с учётом долгой истории нечестного поведения среди правоохранителей и зачастую диких заявлений, сделанных на разные темы, которыми они занимаются. Кто-то точно подметил, что необыкновенные заявления требуют необыкновенных доказательств (или хотя бы каких-то свидетельств), но по-видимому люди слишком склонны делать исключения в тех случаях, когда речь о вещах, в которые им очень хочется верить по чисто эмоциональным причинам, неважно сколь эти приятные для самого себя убеждения противоречат здравому смыслу (вспомним также распространённое, но совершенно ошибочное поверье в эпидемию «опасности со стороны незнакомца», которого мы ещё коснёмся ниже).

Но зачем правоохранительные органы столь масштабно обманывают общественность на данную тему, как они уже это делали в отношении других вопросов в прошлом? (и вновь, см. примечание 6, где описаны три ярких примера такого поведения)

На самом деле это глупый вопрос для любого человека даже немного осведомлённого о политике и правоохранительных органах и о том, как они работают, но я всё равно на всякий случай перечислю три основных причины для такого обмана:

  1. Высокие зарплаты, получаемые офицерами в различных управлениях правоохранительных органов, созданных для борьбы с тем, что система называет «преступлениями против нравственности», зависят от продолжения всеобщей истерии и раздутой моральной «озабоченности» различными явлениями в обществе. Поэтому данным структурам нужно убедить общественность и СМИ, что явление, за борьбу с которым им так хорошо платят, имеет столь огромный размах, что в деле борьбы за безопасность наших детей и общества в целом нужно поступиться общепринятыми демократическими принципами. Другими словами, высокооплачиваемые посты для сотрудников этих организаций, которые потенциально могут возникнуть благодаря щедрому потоку государственных денег, считаются правоохранительными органами крайне важными для поддержания. В это также включается возможность создания дополнительных подразделений и карьерный рост внутри них, что в свою очередь требует стабильного потока арестов для создания репутации работающих в них офицеров и оправдания растущих расходов государства (читай: налогоплательщиков) дабы поток денег из Конгресса продолжал течь. Вот почему офицеры, работающие в этих конкретных подразделениях, стараются обеспечить постоянный поток арестов путём использования самых лёгких мишеней, таких как люди, скачивающие, хранящие или просто просматривающие запрещённые изображения в интернете, вместо того, чтобы заниматься более оправданным и менее драконовским делом вычисления и привлечения к ответственности того якобы множества преступников, производящих эти новые порнографические материалы, и спасая то якобы множество похищенных и подвергающихся жутким издевательствам детей, которых, по заявлению этих офицеров, производители заставляют сниматься ради получения выгоды.
     
  2. Чтобы общественность и СМИ продолжали поддерживать большой объём государственного финансирования (читай: поддержки налогоплательщиков) столь дорогих и в конечном итоге бесполезных программ для борьбы со всеми обнаруженными ими фото- и видеосвидетельствами проявления и выражения сексуальности молодёжи, необходимы заявления различных подобных организаций о гигантских масштабах обнаруженной ими проблемы. Поэтому сотрудники правоохранительных органов часто заявляют об огромном количестве - несколько миллионов детей по всему миру, подвергающихся эксплуатации со стороны этой якобы подпольной, но очень мощной индустрии, и что творящие сие злодеяние столь могущественны, координированы и умелы, а спрос на производимые ими материалы столь огромен по всему миру, что эти дельцы всегда на шаг впереди по отношению к лучшим и самым финансово обеспеченным усилиям правоохранительных органов. Это позволяет раз в год или в несколько месяцев требовать всё большего увеличения потока денег налогоплательщиков, наряду с дальнейшим ущемлением наших демократических свобод каждый год для борьбы с этой «напастью». Разумеется, любые требования подтверждений достоверности этих заявлений, используемые для оправдания потребности Оруэлловского законодательства и чрезмерной «дойки» госбюджета на финансирование исполняющих их директивы спецподразделений, никогда не удовлетворяются. Вместо этого нам просто предлагают слепо доверять нашим кормящимся из бюджета «защитникам» и принимать за чистую монету всё, что они говорят, несмотря на пугающе плохую историю в отношении честности при их взаимоотношениях с общественностью, особенно когда дело заходит о вопросах в этой сфере (снова см. примечание 6, где представлен небольшой экскурс в историю не предмет честности сотрудников правоохранительных органов). Что ещё хуже, те из нас, кому на эмоциональном уровне омерзительна сама идея детской порнографии, действительно хотят верить заявлениям сотрудников этих организаций. Это приводит к формированию мощных попыток подобных граждан по оправданию отказа в предоставлении свободы прессы для журналистов, желающих проверить достоверность заявлений правоохранительных органов, несмотря на факт, что эти же граждане могут хорошо осознавать свою двуличность в других аспектах продолжающейся уже три десятилетия педоистерии. Стоит заметить подобные жалобы и в отношении пресловутой «войны с наркотиками», хотя это опять целая тема, возможно столь же важная.
     
  3. Всё продолжающаяся паника и чувство отвращения от любого возможного проявления сексуальности молодёжи в нашей культуре не только создаёт высокооплачиваемые посты для офицеров правоохранительных органов, работающих в данной конкретной сфере, но также оно служит росту оснований для этих организаций постоянно требовать увеличения общего полицейского контроля над обществом (см. примечание 7). Это другая причина почему успешное прохождение даже одного драконовского закона в демократической среде может повлечь за собой постепенное уничтожение этой среды по мере того, как находится всё больше и больше оправданий для других драконовских законов, когда различные аспекты истерии или различных одновременно протекающих истерий (часто в одно и то же время их бывает больше одной) складываются вместе для непрерывного создания новых аспектов паники, о необходимости «защиты» нас от которой заявляет государство и его пособники в СМИ.

Другими словами, те, кто работают в правоохранительных органах и других сферах государства, получают огромную выгоду от этой истерии, пусть даже мы, обычные граждане, или любой другой, кто может — сейчас или в будущем — каким-то образом отступить от навязывания какой-либо установленной нормы, понесёт в конечном итоге огромное наказание. Но испуганные и нетерпимые люди очень часто не включают свою способность к мышлению, а вместо этого позволяют заправлять своим эмоциям во время таких сфабрикованных кризисов.

Вот почему я считаю, что есть все основания обвинить различные правоохранительные органы в очередном акте двуличности по причине их непреклонного отказа разрешить нескольким объективным и уважаемым журналистам проверить их крайне возмутительные заявления во имя свободы прессы и свободы информации. Нет абсолютно никаких оснований считать, что основная масса детской порнографии изображает детей и подростков, принуждаемых к сексуальным контактам против их воли или подвергаемых жестоким пыткам на камеру, не говоря уже о существовании многомиллиардной международной индустрии, занимающейся широким производством и продажей такого чудовищного материала. Изображения настоящего насилия конечно существуют, но нет никаких свидетельств, показывающих, что они составляют значительную часть во всей той массе материалов, покрывающихся широким определением детской порнографии. Кроме того, нет ни одного пути как подобная продукция могла бы выгодно распространяться, равно как никогда не было крупномасштабного прибыльного бизнеса для фильмов с реальным насилием над взрослыми, как нам когда-то пытались представить правоохранительные органы. Разумеется, в мире достаточно негодяев, но нет никаких доказательств существования организованных преступных групп огромного масштаба, обладающих столь обширным капиталом и исключительными техническими навыками своих членов, что в ответ на большой общемировой спрос успешно производятся и продаются порнографические материалы, а организаторы получают баснословные прибыли. Выступать за противоположную точку зрения означает считать что педосексуалы с «экстремальными» предпочтениями гораздо более гнусны и порочны в сравнении с людьми тех же «экстремальных» вкусов, предпочитающих партнёров своей возрастной группы, что симуляция такой активности с участием актёров, которых реально никто не истязает, не может заменить для них реальные пытки.

Однако нет доказательств, что у взрослых, испытывающих предпочтительное влечение к несовершеннолетним, или просто имеющих соответствующий сексуальный фетиш, чаще, чем у предпочитающих партнёров в своей возрастной группе, наблюдается такая склонность к насилию, что они требуют настоящее насилие на камеру, а не имитацию оного и такой спрос широкомасштабен. Утверждать обратное, умышленно или непреднамеренно, означает признать, что вы купились на худший стереотип о педосексуалах, который можно себе представить, не имеющий ни капли доказательств, что он каким-то образом соответствует действительности. Нам следует поставить во главу угла здравый смысл и логику перед тем, как принимать подобные экстремистские воззрения на какую-либо группу людей. Не будем забывать что произошло с евреями и другими национальными и сексуальными меньшинствами, жившими в Германии в годы Холокоста, когда аналогичные истеричные утверждения стали распространённым мнением среди широкой общественности конкретного государства с соответствующей государственной политикой в качестве реакции.

Как отметил один из моих коллег-активистов S.:

... Я думаю эта идея питается ошибочным взглядом, что сексуальное влечение к несовершеннолетним само по себе является грязным и порочным извращением нормального влечения взрослого человека. Поэтому любой, кто оказался настолько «больным», что имеет влечение к детям (или подросткам) должен несомненно иметь столь ужасающие предпочтения, которые способствуют желанию и попыткам заполучить такое, о чём даже самый извращённый «натурал» и подумать не мог. Но это просто глупо. Это пугало. Это не имеет ничего общего с реальностью.

Кроме того, те же люди по-видимому верят в распространённый миф, что большинство материалов, с юридической точки зрения составляющих детскую порнографию, изображают совсем маленьких детей, в возрасте всего 5 лет. Видевшие эти материалы люди, среди которых также были и сотрудники правоохранительных органов, сообщили, что на большинстве изображений запечатлены подростки, а не дети, что большая часть материалов являются старыми и произведены до криминализации детской порнографии в начале 1980х, а тех, которые изображают сексуальные контакты, гораздо меньше, чем просто обнажённых фотографий, с акцентом на грудь (девушек-подростков) или гениталии или без такового. Материалы, изображающие якобы реальные сцены насилия и пыток, составляют ничтожную часть из всего того, что сейчас существует. Кроме того, очень трудно сказать какая часть из материалов, изображающих пытки и связывание, является имитацией, а какая — съёмками реального насилия.

Нужно также рассмотреть следующие логические вопросы: если столь большое количество малолетних по всему миру реально были похищены и принуждаются к сексуальным контактам на камеру против их воли и этот материал распространяется по огромной сети богатых клиентов, то почему почти не было случаев, чтобы выросшие в этой среде люди во взрослом возрасте выступили быперед мировыми СМИ с требованием положить конец этой кошмарной мировой индустрии? Где же вся эта толпа взрослых, чьё тело по логике должно быть покрыто ожогами от погашенных окурков, изрезано лезвиями ножей или покрыто следами ударов плёткой, почему они так и не показались перед СМИ с демонстрацией своих чудовищных увечий, дабы раз и навсегда покончить с этой якобы могущественной и высокодоходной индустрией? Кроме того, куда делись родители тех якобы миллионов похищенных детей, которые по идее должны ежедневно появляться на экранах СМИ, делая подобные заявления от имени своих пропавших детей, учитывая то, что такие заявления и шумиха регулярно происходят после каждого случая похищения ребёнка незнакомцем, происходящего всего несколько раз в году? Неужели мы должны поверить, что почти каждого из этого множества детей, которых якобы похитили и удерживают для индустрии детской порнографии, убивают и избавляются от трупа после окончания съёмок? И даже если бы так было на самом деле, что насчёт множества родителей и других членов семьи, от которых мы по логике должны слышать эмоциональные заявления в эфире публичных СМИ?

Другими словами, как правоохранительные органы наряду с теми, кто верит их заявлениям, объясняют явление, которое можно назвать «великим молчанием» в отношении подобного вопроса? Единственные голоса, которые мы обычно слышим, исходят от сотрудников этих организаций, некоторого количества «защитников детей» (которых ни в коем случае не следует путать с борцами за права молодёжи) и небольшой части интернет-пользователей (заметим, что среди них оказалось несколько членов сообщества педосексуалов), заявляющих что якобы находили целые сайты, полные картинок, изображающих эти жуткие сцены. До сих пор ни разу не было представлено ни доказательств ни даже приемлемых свидетельств того, что данное явление существует в масштабе хоть как-то близком к тому, что представляют правоохранительные органы, однако продвигаемый ими миф продолжает распространяться путём простой силы эмоций, которые данная пропаганда пробуждает в массах. Гитлер и Сталин, будь они живы, воистину гордились бы современными американскими СМИ, увидев нынешнюю истерию сексуальных злоупотреблений и сопутствующую ей педоистерию, наряду с распространёнными абсурдными убеждениями и порождёнными ими драконовскими законами.

Разумеется, я не подвергаю сомнению, что фильмы с реальным насилием производились и производятся время от времени, но в таких случаях часто оказывается, что создатели таких фильмов с принуждением и даже пытками на камеру обычно не какие-то незнакомые люди, похитившие детей для продажи подобных фильмов на каком-то подпольном рынке, а родные или приёмные родители этих детей. Это очень похоже на правду, потому что данное положение дел способно объяснить, почему великое родительское молчание на эту тему охватывает все СМИ, и почему СМИ стараются не рассказывать об этих фактах. Дело в том, что они могут поведать о происходящем в якобы священном институте родительства из-за иерархической модели драгоценной нуклеарной семьи, которую наше общество с бесправной молодёжью старается столь усердно продвигать и пытается сохранить любой ценой как сущностно хорошую. Последним утверждением автор этой статьи не хочет опорочить институт родителей и тесные узы, связывающие членов семьи. Я хотел показать, что явление, о котором была написана эта статья, чаще всего происходит в результате тех же самых законов, которые юридически и с гражданской точки зрения делают молодёжь бесправной, оставляя им почти ничего кроме статуса собственности их родителей. Это положение делает детей и подростков ещё более уязвимыми к той проблеме, которую платформа прав и свобод молодёжи в целом стремиться решить. Следовательно, конечный успех этого движения уменьшит вероятность для беспринципных родителей успешно сделать из своих детей сексуальных рабов, или совершить любое другое злоупотребление своей властью.

Мой коллега S. заметил на эту тему:

Я могу представить абсолютно другую реальность, в которой педосексуалы работали бы вместе с правоохранительными органами для предотвращения насилия (реального насилия) над детьми. Передав эту задачу педосексуалам, для большинства из которых, как для людей, важно как относятся к детям на изображениях, они могли бы сообщать правоохранительным органам о любых подозрительных материалах, после чего могло бы начинаться расследование. Если случаи ненадлежащего отношения к детям были доказаны, то благодарность всем, кто помог его прекратить. В противном случае, если материал производился без насилия и принуждения (и в установлении истины мнение ребёнка будет иметь первостепенное значение), то нет причин вмешиваться.

Оговорюсь, что я сам и все известные мне сторонники права выбора в сообществе педосексуалов, выступающие в целом за легальность эротики с участием молодёжи, поддерживают производство этих материалов только при условии добровольного согласия всех участников съёмок. Это особенно справедливо в отношении материалов, снятых самими подростками. Идея о том, что эротические материалы с участием молодёжи всегда или почти всегда производят взрослые, является очередным враньём, которое совершенно однозначно опровергается явлениями секстинга и загрузки своих обнажённых фотографий на страницы в социальных сетях.

Более того, я не поддерживаю производство «жёстких» материалов с участием допубертатных детей или любых материалов, при производстве которых им может быть нанесена травма (например, изображающих полное генитальное или анальное проникновение), поэтому моя поддержка легализации эротики с участием молодёжи относится только к материалам в рамках здравого смысла и произведённых во взаимно добровольных условиях. Я никоим образом не придерживаюсь взгляда «сойдёт всё что угодно» в отношении этих материалов, особенно когда речь идёт о допубертатных детях. Разумеется, у меня нет возражений против каких-либо проявлений обнажения, не говоря уже просто о фильме для широкого круга зрителей, где в реалистичной манере описываются интимные аспекты жизни юных (см. примечание 8).

Следует помнить, что раз определение для включения материалов в детскую порнографию является весьма широким и постоянно дополняемым, сначала следует определить что мы считаем ДП, вместо того, чтобы выступать против неё в общем смысле, поскольку любое легальное сегодня произведение может стать незаконным завтра путём простого законодательного решения. Следовательно, многие убеждены, что нынешние легальные сайты с изображениями юных моделей должны считаться детской порнографией, и с помощью петиций активно требуют от правительств западных стран признать их незаконными на этих основаниях. Раз так, то конкретный состав материалов, считающихся детской порнографией, может быть личным или юридическим определением и зачастую эта пара ошибочно и безответственно смешивается теми, кто обсуждает данный вопрос.

Наконец, обратимся к последнему и очень важному вопросу почему должно быть легально хранение или хотя бы просмотр каких бы то ни было изображений, если не производство или распространение для получения выгоды.

Идея о том, что даже самые ужасающие изображения детской порнографии должно быть запрещено смотреть или скачивать, поскольку они изображают сцену преступления и принесут большое эмоциональное потрясение жертвам этих преступлений и членам их семей, должна учитывать следующие вопросы дабы доказать, что материалы, изображающие непосредственно сексуальную эксплуатацию молодёжи должны включаться в совершенно особую категорию «сцен преступления».

Для начала, почему не является незаконным скачивать или смотреть фотографии или изображения ужасов войны, включая изображения детей с руками или ногами, оторванными в результате попадания под перекрёстный огонь двух противоборствующих военных сил (т.е. изображения «сопутствующего ущерба», как его любит называть наши политики и СМИ)? Почему никто и не думает запрещать хранение фото- и видеозаписей реальных убийств, совершаемых террористами и армиями других стран, а также чудовищных пыток и казней журналистов и других мирных жителей? Как насчёт множества реальных фотографий чудовищных истязаний, совершённых серийными убийцами в отношении их жертв, которые можно абсолютно законно печатать в книгах, посвящённых серийным убийцам? Или, что также важно, почему не является незаконным хранить или просматривать фотографии жутких сексуальных издевательств, насильственно причинённых американскими надзирателями (в числе которых были женщины) целому ряду мужчин-иракцев, заключённых в тюрьме Абу Грэйб несколько лет назад и повлёкших за собой один из наиболее крупных скандалов этой безумной войны? Этот случай особенно важен, если учесть глубокую степень унижения, когда мужчину, воспитанного в консервативной исламской культуре, заставляют участвовать в постановочном гомосексуальном контакте с несколькими другими мужчинами и снимают это на камеру ради развлечения надзирателей. И обратите внимание, что многим из этих надзирателей не предъявили даже обвинения, не то что осудили за преступление — на тот случай, если вы попытаетесь сказать, что эти иракцы заслуживали такого чудовищного унижения за подозрение в терроризме или за то, что они являются националистами-повстанцами, посмевшими выступить против нападения и длительной оккупации их страны чужой армией, что очень многие американцы ошибочно считают как совершённое в их интересах просто по причине наличия у себя гражданства США. Я уверен, что можно вполне обоснованно заявить, что у этих мужчин и их семей возникнет сильное негодование, когда они поймут, что по всему миру есть люди, хранящие их изображения и имеющие к ним беспрепятственный доступ.

Более того, я уверен в существовании множества гомосексуальных мужчин и возможно даже женщин, для которых связывание является сексуальным фетишем, но во всех остальных отношениях это прекрасные и достойные люди в том, как они относятся к окружающим. Эти люди испытывают сексуальное возбуждение, просматривая данные фотографии и представляя себя на месте надзирателей или мужчин, над которыми они издевались (поскольку достаточно много людей имеют фантазии о том как их насилуют). Те самые жертвы американских надзирателей наверняка были бы очень разозлены, узнав об использовании их изображений для этой цели. Однако я видел как все виды вышеперечисленных изображений легально распространяются в интернете и в печатных изданиях, якобы для информационных и/или политических целей. Почему никого не арестуют за хранение или даже просто за просмотр этих фотографий, особенно когда мы не имеем не малейшего представлений о том, что происходит в уме просматривающих их людей? Можем ли мы предположить, что некоторые из них имеют столь гнусные и омерзительные мысли при просмотре данных фотографий, которые многие могут счесть изображением военных преступлений? Причина возможно в том, что мы не поддерживаем какие-либо попытки контролировать мысли, неважно сколь мерзкими или гнусными они нам кажутся? Стоит ли криминализировать какие бы то ни было фантазии, неважно сколь безобразными они выглядят с точки зрения чувств общества, пока эти фантазии остаются в умственном пространстве? Есть ли какое доказательство, что любой имеющий подлинно кошмарные фантазии склонен со временем реализовать их на реальной жертве? Были хоть одно преступление с подражанием произошедшему в Абу Грейб за те годы, что фотографии циркулируют по интернету?

Один из моих коллег L. заметил в отношении истории в Абу Грейб:

Группы «защитников детей» постоянно твердят, что дети не могут дать согласие, так что это ещё одна причина запрета детской порнографии. Но как насчёт мужчин, чьи фотографии были сделаны в Абу Грейб? Эти мужчины не давали согласия на фото- и видеосъёмку. Их унижали. Никто не запрещает хранить и распространять эти фотографии, но хранение фотографий LS студии запрещено, хотя девочкам даже платили за съёмки. Они почти такие же, как в Playboy или Penthouse.

Также он отмечает:

А как насчёт жертв Холокоста? Во многих магазинах вы можете купить книги с фотографиями женщин и детей, раздетых догола и отправляющихся на казнь. Это было ужасом и унижением для всех переживших такое. Они не давали согласия, однако фотографии с их изображениями публично доступны и их можно легально хранить и просматривать. Я уверен, что выжившие получили большую травму от такого переживания, однако фотографии этих преступлений просматривались миллионами людей за прошедшее с тех пор время.

Просмотр и хранение этих фотографий, включая детскую эротику и порнографию, не должен быть незаконным. Есть много фотографий и видеофильмов, которые мне не интересно смотреть или хранить, но я буду бороться за право смотреть, читать, хранить и распространить любой доступный источник информации.

Давайте также вспомним известную фотографию, показывающую зверства войны во Вьетнаме (см. здесь - перев.), где 11-летняя девочка бежит по улицам своей деревни в страшной агонии после того, как американскими войсками на её деревню был сброшен напалм (пожалуй нужно заметить, что девочка на фотографии полностью голая и её вторичные половые признаки ясно видны). Известно, что девочка выжила в результате этого кошмарного инцидента, несмотря на большое количество физических и психических травм, оставшихся у неё на всю жизнь. Однако эта фотография широко известна и легально доступна для просмотра и хранения во многих печатных и интернет-ресурсах, описывающих зверства войны. Разве нельзя сказать, что ныне взрослая женщина и её семья не будет крайне раздосадована, наткнувшись на эту фотографию, доступную в столь многих источниках? Знаем ли мы без тени сомнения с какой целью абсолютно каждый, кто приобретает это изображение, будет использовать его или какие мысли могут возникнуть у абсолютного каждого просматривающего его человека? Делаем ли мы когда-нибудь подобные предположения в отношении этой фотографии? Или сам факт, что девочка не находится в сексуальном контексте, автоматически заставляет нас согласиться с фактом, что это фото можно смотреть и хранить по серьёзным и не «извращённым» мотивам?

Что конкретно придаёт легальность просмотру и хранению этой фотографии, что одновременно отсутствует у всего того, что правительствами разных стран считается детской порнографией? Хоть один человек обвинил людей, по какой-либо причине хранящих фотографию вьетнамской девочки или поддерживающих право легального его хранения, в поддержке военных преступлений? Что будет, если какой-то фанатик или американец с извращённым чувством патриотизма (которых, к сожалению, немало), загрузит эту фотографию на сайт с комментарием вроде «Жги чурок!». Не существует ли такая возможность, пока эта фотография остаётся легальной для просмотра, хранения, скачивания и загрузки куда-либо и с какой-либо целью? Если вы продолжаете настаивать, что эта тема «отличается» от детской порнографии и что эти вопросы неприменимы к фотографиям повреждений, причинённых несовершеннолетнему в условиях отсутствия явного сексуально контекста, вне зависимости от того, какие душевные страдания могут быть нанесены жертве или её членам семьи, то можете ли вы ясно объяснить почему наличие или отсутствие явного или подразумеваемого сексуального контекста должно придавать или лишать легального статуса какие-либо изображения? Что такого в сексуальности, что вызывает столь истеричную реакцию в западном обществе? Почему эта тема порождает в нашей культуре абсурд в столь несоразмерной степени?

Часто высказываемое утверждение, что простое распространение этих фото и видео без ожидания материальной выгоды автоматически породит жуткий рост спроса, ведущий к огромному всплеску производства такого материала в будущем, полностью бездоказательно, особенно если спрос, о котором идёт речь, касается нелегального материала. Без какой-либо надежды на большую финансовую отдачу, способную сделать производство такого опасного незаконного материала в широких масштабах достойным усилий для какого-либо числа беспринципных личностей, способных создать подобную индустрию (что потребовало бы преодолеть весьма значительные логистические трудности - см. примечание 9) — зачем они вообще станут этим заниматься? Вот почему такие случаи крайне редки, вот почему нет логичного способа как такой материал мог бы составить значительную часть того, что закон считает детской порнографией, и именно это чётко объясняет существование упомянутого ранее «великого молчания» (см. примечание 10, из которого вы поймёте логичную, но очень неприятную причину почему правоохранительные органы и СМИ всеми силами избегают объяснять факт крошечного процента детской порнографии с изображениями насилия и принуждения, хотя ясные намёки на причину уже давались мной ранее).

Всё это причины почему в демократическом обществе детская порнография должна быть полностью легальна для хранения и просмотра, почему все формы цензуры и драконовских законов не должны приниматься или допускаться в таком обществе (или в любом обществе, претендующим на звание демократического) для борьбы с предполагаемой проблемой или угрозой, и вот почему вопрос детской порнографии имеет прямое отношение к движению за права молодёжи.

Примечания


1. Одним из примеров является возможность для девушки, отправляющей парню свои обнажённые фотографии, стать жертвой обмана, если он поделится этими фотографиями с друзьями без её разрешения или даже опубликует их в интернете.

На эту тему один из моих коллег под ником C. привёл следующее убедительное объяснение:

Что больше всего раздражает меня в делах о секстинге — это почти полное отсутствие работы с теми, кто издевается на девушками, отправившими свои фотографии, и твердит им, сколь неправильно их поведение. Вместо этого они пытаются навязать чувство вины самим девушкам. Конечно, при нынешних законах отправлять свои обнажённые фото — рискованная затея, поэтому я полагаю, что нет ничего плохого в информировании молодёжи по этому вопросу, но я просто считаю, что они в реальности навязывают стыд и чувство вины не тем, кому нужно.

Несколько месяцев спустя, когда в отношении имеющейся в США практики травли занимавшихся секстингом подростков было обсуждение на форуме GirlChat, другой мой коллега под ником S. рассказал следующий анекдот: «Мораль этой истории такова: если вы посылаете другим свои обнажённые фото, мы превратим вашу жизнь в ад. Поэтому не посылайте их».

Заметьте, как те, кто развязывают травлю подростков, защищаются путём подчёркивания опасности секстинга, перекладывая вину на детей, принявших «плохое решение», и снимая её с тех, кто делает секстинг опасным (а именно инициаторы травли, сверстники, сотрудники школ, прокуроры и все остальные).

Понимаете, ведь дело в том, что издеваться над детьми за секстинг, доводя последних до самоубийства — это гораздо лучше, чем сказать, что фотографировать себя в обнажённом виде и отправлять эти фото друзьям — это нормально.

2. Демократические решения для факторов риска, связанных с секстингом, включают в себя такие основанные на здравом смысле варианты, как предостережение от родителей своим детям, когда те впервые приобретают мобильный телефон и подключаются к сотовой сети. В обществе, признающем права молодёжи, родители будут осознавать тот факт, что их дети могут воспользоваться современными средствами для этой цели и не будут бояться дать им такой совет.

Кроме того, на уроках полового воспитания может даваться подобный совет в процессе преподавания темы, описывающей риски, о которых людям следует знать в отношении любой сексуально-ориентированной активности. Этот предупредительный и ценностно-нейтральный совет не обязательно должен возникать в только в рассказе о возможных физических последствиях сексуальных отношений между подростками, таких как ЗППП и нежелательная беременность. Даваемые в этих курсах рекомендации также могут включать факторы риска в различных социальных решениях, которые подрастающее поколение может принять в процессе отношений, включая те, что связаны с использованием технологий, таких как камеры мобильных телефонов и всем тем, что связано с интернетом. С каждой проблемой, с которой когда-либо столкнётся демократическое общество, будь она предполагаемая или полностью реальная, можно эффективно справиться путём демократического решения, а драконовская реакция, отрицающая свободу выбора, никогда в таком обществе не будет предпочтительным вариантом, неважно сколь «серьёзной» считается проблема или с какие благими или благородными намерениями предлагаются драконовские меры (об этом говорилось выше в основном тексте).

Как отметил мой коллега — активист S. в отношении включения в курс полового воспитания объективных и ценностно-нейтральных объяснений факторов риска, связанных с секстингом:

Здесь та же проблема, что я часто вижу в половом воспитании в целом. Предположение, что дети будут соблюдать половое воздержание (в нашем случае в отношении съёмки себя в обнажённом виде и обмен этими фото), и выстраивание всего образования в этом направлении, приводит к тому, что от детей укрывают очень важную информацию о безопасности, которую они должны знать. И те, кто не следуют воздержанию — а они всегда будут — страдают из-за этого. Хотим мы или нет, чтобы подростки занимались секстингом, мы должны признать, что это в любом случае будет происходить, и мы должны взять на себя ответственность в информировании их о рисках и о лучшем способе безопасно сделать это, если они всё-так решаться попробовать. Никаких моральных суждений, никаких рекомендаций или предписаний по поведению — только честная, точная информация.

3. Подобные источники эротических материалов с участием юных могут существовать в обществе будущего, где признаются права молодёжи. Среди них могут быть как печатные так и интернет-публикации, подобные Плейбою, но посвящённые исключительно демонстрации и воспеванию великой красоты юных.

4. Любая платформа освобождения молодёжи, которая отрицает или запрещает свободу выбора в своей программе или целях, или определяет свободу по принципу «свобода от» вместо «свобода для чего-то» (как это раскрыто к классической книге «Рассказ служанки» Маргарет Этвуд) в реальности представляет собой протекционистский рэкет, маскирующийся под «освобождение». Не позволяйте обмануть себя тиранам, одетым в одежды борцов за права, и пусть вас не манит предложение «безопасности» в руках «доброго» диктатора. Любая платформа решений любой предполагаемой проблемы в обществе должна предоставлять больше, чем просто благие намерения. Предлагаемые решения должны быть в гармонии с принципами свободного общества вне зависимости от истинной природы намерений людей, их предлагающих.

5. Конкретно говоря, вышеупомянутая эскалация, возникшая после принятия первых законов о детской порнографии, претерпела экспоненциальный рост от просто просмотра или хранения изображений несовершеннолетних, участвующих в сексуальной активности к:

  • запрету изображений с обнажёнными детьми без явных признаков сексуальной активности
  • запрету изображений, демонстрирующих взрослых, притворяющихся несовершеннолетними и участвующими в сексуальной активности или позирующих в обнажённом виде
  • запрету комиксов, рисунков или компьютерной графики, изображающей сексуальную активность или позирующих в обнажённом виде несовершеннолетних
  • запрету любых серьёзных попыток по созданию произведений искусства, где могут изображаться обнажённые несовершеннолетние или соответствующие «провокационные» образы
  • запрет изображений несовершеннолетних в открытой одежде (поскольку такие изображения якобы могут вызвать возбуждение у педофилов)
  • запрет на изображения полностью одетых несовершеннолетних, позирующих в «провокационной» манере или имеющих «манящее» выражение лица. По той же причине, что и выше:
  • полностью абсурдное и ошеломляющее предложение в австралийском парламенте запретить порнографию с участием взрослых женщин с маленькой грудью.

Если кто-то подумал, что последнее предложение я выдумал, посмотрите следующий отрывок, который можно найти, пролистав текст в этом блоге.

В блоге написано:

Австралийская классификационная комиссия сейчас осуществляет запрет изображений женщин с маленькой грудью в эротических и порно публикациях и фильмах. Они запретили использовать в порноиндустрии моделей с грудью размера A, видимо на основании, что это поощряет педофилию и несмотря на факт, что это нормальный размер груди для множества взрослых женщин. Вероятно фотографирующие себя женщины с маленькой грудью теперь будут обвиняться в создании искусственной детской порнографии, не говоря уже о посыле, который передаётся женщинам с небольшой грудью или тем, кто предпочитает их. В Австралии также запрещены изображения женской эякуляции — нормальной для многих женщин оргазмической реакции, которую цензоры заклеймили как «омерзительную».

Комиссия также начала реализовывать запрет на изображения женщин с маленькой грудью в эротических и порно публикациях и фильмах. Это произошло в ответ на кампанию Kids Free 2 B Kids, продвигаемую Барнаби Джойс и Ги Барнетом на слушаниях в австралийском парламенте в конце прошлого года. Часть продукции нескольких крупных компаний, таких как Hustler, попала под запрет. Эти компании находятся под контролем ФБР с целью обеспечения участия в съёмках только совершеннолетних актёров. «Сейчас мы становимся свидетелями запрета изображений женщин в возрасте далеко за 20 за их маленький размер груди» сказала она (Барнаби Джойс?). «Это могло быть непредвиденным последствием действий сенатора, но в этом основная причина, по которой наблюдается резкий рост в размере груди моделей, чьи изображения последнее время публикуются в австралийских эротических журналах».

Дальнейшее объяснение того, к чему ведёт допущение какого-либо драконовского закона или оправдания для цензуры и дабы вы не подумали, что вышеприведённый фрагмент был опубликован в том блоге вашим покорным слугой, и следовательно, не обладает подлинной достоверностью, можно посмотреть по этой ссылке (колумнистка Белла Кунихан высказалась на эту тему: «Подкладками под грудь тут не отделаешься»).

Также не забудьте посмотреть как данная тема охвачена на этом пародийном сайте. Пародия часто хорошо справляется с показом абсолютного идиотизма некоторых очень серьёзных политических тем, и это часто можно увидеть на страницах журнала MAD, телепрограммы Saturday Night Live и подобных, а также в творчестве ряда комедийных актёров, таких как Билл Мар (Bill Maher) и ныне покойный Джордж Карлин.

Является ли случайным совпадением, что решение австралийского парламента запретить изображения женщин с маленькой грудью в эротических фильмах и журналах, было принято в рамках того же законопроекта, в котором делается попытка запретить фильмы или фотографии с изображением женской эякуляции? Так ли это важно, что нашему обществу пришлось поступиться принципами, дабы запретить всё, что даже отдалённо считается «поощряющим педофилию» (или гебефилию, как в данном случае), урезав определённые права совершеннолетних взрослых в области съёмок своего собственного тела на камеру? Является ли простым совпадением, что ограничения того, что совершеннолетние взрослые могут и не могут делать на камеру, оказываются результатом деятельности морализаторски настроенных политиков, начавших с «простых» для цензуры объектов, таких как детская порнография, перед переходом на более «трудные» типа взрослой порнографии? Выходит, что ответом на все эти три взаимосвязанных вопроса является громкое «нет».

Поскольку, как отмечается в основном тексте, всё более очевидным становится, что эти законы предназначены для продвижения особой идеи, а совсем не для реальной «защиты» несовершеннолетних от съёмок на камеру при участии в сексуальных отношениях. Распространённый аргумент в защиту существования этого Оруэлловского законодательства, выражается в том, что эти изображения якобы подтолкнут педосексуалов реализовать свои желания на реальных детях. Проблема возникает, когда  сторонников этих законов просят предоставить реальные научные доказательства этого утверждения, а не делать предположения в отсутствии таких доказательств. Возникает куда более масштабная проблема с далеко идущими негативными последствиями для выживания того, что осталось от нашей демократии, когда те политики, которые потрудились-таки ответить на вышеприведённый вопрос, высказывают вариации следующего утверждения: «Нам не нужны никакие доказательства! Даже если есть малейший шанс, чтобы что-то подобное могло произойти и даже если в результате «жертвой» станет всего один ребёнок в год, то сама эта возможность делает данные законы более чем оправданными! И мне всё равно сколь драконовскими эти законы могут оказаться, когда на карте «безопасность» наших детей!»

Мой коллега-активист Q. дал следующее очень важное объяснение, касающееся вышеприведённого аргумента, используемого для оправдания криминализации просмотра и хранения любого вида изображений или текста, проводя параллель с оставшимися двумя видами изображений или текстов, с которыми методично борются власти западных стран (обе страны находятся за пределами америки).

Касаемо запретов, которые оправдываются как необходимые для предотвращения копирования преступлений, во многих странах есть две категории материалов, помимо детской порнографии и богохульства, доступ к которым запрещён или ограничен. Первый — это жестокое отношение с животными. В нескольких странах запрещены фотографии и видео с этим сюжетом. Хотя обоснованием этих законов является предотвратить у других людей возникновение желания повторить увиденное, но а) как вы пишете, расход ресурсов на борьбу с распространением изображений отвлекает силы от поиска самих преступников и б) публичная доступность изображений сама по себе является предупредительной мерой, формирующей осведомлённость об этой проблеме. Вторая категория, о которой идёт речь — это нацизм и фотографии нацистских лагерей. Помимо вышеприведённых возражений, которые здесь также применимы, трудно понять как публичная доступность фотографий из нацистских лагерей может породить новый Холокост. Это потребовало бы тысяч, возможно миллионов работающих на одно дело людей и их деятельность должна быть публичной. С другой стороны среднестатистическому нео-нацисту не нужна фотография концлагеря, чтобы набраться решимости на совершение какого-либо зверства, но оно будет ограничено возможностями одного человека. Хотя эти случаи не идентичны, оба они являются примерами цензуры, вводимой якобы для предотвращения преступлений, подобно законам о детской порнографии.

6. Проверка соответствия действительности зачастую сенсационных заявлений о содержимом основной массы детской порнографии, конфискованной спецподразделениями правоохранительных органов с момента принятия соответствующих законов, особо важна в свете факта, что спецслужбы и их пособники в СМИ в прошлом усиленно продвигали существование рынка фильмов с реальными убийствами, распространённость ритуальных сатанистских издевательств над детьми в детских садах по всей северной америке. Также они продвигали и способствовали широкому принятию явления «вытесненных воспоминаний», что оказывало (и в некоторых случаях продолжает оказывать) серьёзное влияние на сферу психического здоровья в западных странах. Все вышеперечисленные явления на поверку оказались абсолютной выдумкой (сатанистские издевательства и «синдром вытесненных воспоминаний» подробно рассматриваются в моей предыдущей публикации «The Importance of Truth», снабжённой большим количеством ссылок и цитат из актуальных источников; информацию о широко распространённом в прошлом мифе об индустрии фильмов с реальными убийствами можно легко найти в Google).

7. Все обоснованные возражения борцов за гражданские права против участившихся оправданий усиления полицейского контроля государства над обществом, включающие в себя:

  1. усиление слежки за населением,
  2. рост случаев вторжения в нашу частную жизнь, таких как прослушивание телефонных разговоров и просмотр электронной почты,
  3. увеличение количества «особых» видов преступлений и групп людей, на которых не распространяются заложенные в конституции общие принципы защиты (сравните с тем, что происходит в параллельно идущей «войне с терроризмом»), и
  4. всё возрастающие оправдания для различных видов цензуры, порождаемых этими истериями и «моральной паникой»,

отбрасываются запуганной общественностью и трусливыми политиками, боящимися выступить против всё продолжающихся наступлений на наши основные гражданские права по причине предполагаемого размаха «опасности».

8. Сюда входят множество художественных фильмов, снятых в зарубежных странах, таких как Франция и Дания, посвящённых теме взросления, и включающих в себя изображения обнажённых детей, все виды художественных материалов, ставящих своей целью воспевание красоты детей и подростков или любой фильм, снятый с образовательными целями. Это должно включать легализацию в прошлом известных и получивших широкое признание книг, таких как «покажи мне», а также художественных фотоальбомов таких авторов как Салли Манн, Тьерни Гирон, Виолета Гомез и Билл Хенсон, где воспевается красота обнажённого тела юных, что в течение всей истории человечества было распространённой темой в искусстве.

9. Практически непреодолимые трудности, включающие налаживание постоянного потока детей для съёмок в фильмах, избавление от детей после того, как фильмы были сняты и отправлены покупателям — и всё это без привлечения внимания семьи и друзей ребёнка, а также местной полиции, ставит само существование такой индустрии за пределы здравого смысла и доверия. Вот почему гораздо более вероятно, что в случаях, когда детская порнография с изображением реального насилия действительно производится, авторство чаще всего принадлежит родным или приёмным родителям, имеющим возможность часто оставаться с ребёнком-жертвой наедине, а не организованной сети посторонних лиц, мотивированных исключительно крупномасштабными прибылями. Вот почему эти крайне редкие материалы чаще всего не предназначены для широкого распространения, их потребителями является совсем небольшое число фетишистов, разделяющих столь жуткие интересы.

Обратите внимание на следующий фрагмент из статьи на сайте газеты Süddeutsche Zeitung, где слово было предоставлено немецкому адвокату Удо Веттеру:

Вы не можете физически подвергнуть детей злоупотреблениям через интернет. Но вы можете просматривать фотографии и видео с такими изображениями и обмениваться ими. «Разумеется, педофилы используют интернет для обмена детской порнографией», говорит юрист Удо Веттер, выступавший как адвокат в сотне дел о детской порнографии. «Но никакого коммерческого рынка не существует»

Не существует эффективного средства перевода средств для использования в системе распространения незаконных фото- и видеоматериалов. По словам Веттера «вы не можете так просто получать миллионы долларов через интернет и сохранять анонимность».

Денежные потоки отслеживаются правоохранительными органами многих стран, включая США. По словам Веттера никто из его подзащитных никогда не платил за фотографии или видео; от 80 до 90% файлов, найденных полицией, являются аналогичными. «Некоторым из фотографий уже по 30-40 лет». В противоположность заявлениям, оправдывающим введение интернет-цензуры, количество детской порнографии, доступной в интернете, возрастает крайне медленно. Практически нет фотографий и видео, произведённых в профессиональных условиях (единственным примером могут быть видео с жертвами подросткового возраста, которые могли быть легальными на момент производства) [выделено мной - авт.].

Если исключить оценочные термины типа «злоупотребление» и «жертва», которые вероятно были использованы для успокоения читателей статьи с помощью языка, к использованию которого они привыкли в СМИ, когда те обращаются к этой теме, вся статья достаточно чётко описывает всю глупость частых заявлений правоохранительных органов и защищающих это положение дел их союзников в СМИ, что производство детской порнографии — это многомиллиардный международный бизнес.

Также посмотрите эту статью о печально известном техасском деле, связанном с компанией Landslide Productions, когда её вебмастер Пол Рив был арестован в результате операции, которая больше походила на охоту на ведьм. Статья также показывает до чего правоохранительные органы могут опуститься, дабы предъявить обвинение в случае, когда собранных ими улик недостаточно.

10. Анализ двух наиболее известных случаев выступления в СМИ людей, ставших в детстве одними из совсем немногих жертв съёмок, по их словам, в подлинно насильственной детской порнографии, раскрывает истину в отношении крохотного количества этих материалов, при производстве которых к детям действительно применялось насилие. И эта истина очевидно не ведёт к распространённой конспирологической концепции о производстве большей части детской порнографии организованными и хорошо финансируемыми группами посторонних лиц, похищающих детей по всему земному шару и заставляющих вступать в сексуальные отношения со взрослыми на камеру с целью весьма выгодной продажи этой продукции.

Две из совсем немногих женщин, во взрослом возрасте публично выступивших в СМИ на эту тему — это Маша Аллен, которую в детстве снимали в относительно длинной серии видео (журналисты дали ей псевдоним «девочка из диснейленда», поскольку часть фотографий была сделана рядом с ним), и Кайли Фриман, в детстве снимавшаяся в аналогичной серии под псевдонимом Vicky. Эти две девочки, ныне взрослые женщины, являются, возможно, единственными двумя видными жертвами того, что назвали принудительным участием в производстве новой детской порнографии, произошедшим в век Интернета, а Маша ещё и стала чем-то вроде лица с обложки для правоохранительных органов в их непрекращающейся борьбе с распространением детской порнографии. На сайте Inquisition 21 достаточно много информации о Маше и я благодарю моих коллег B. и F. за эту ссылку.

Однако, как отмечалось ранее, ни одна из этих девочек не была жертвой организованной группы преступников-незнакомцев, похитивших их и заставивших сниматься в подобных фильмах с целью продажи по тайной международной сети покупателей, создавших спрос на такую продукцию. По словам Маши к участию в съёмках её принуждал отчим, а Кайли заставлял делать то же самое родной отец. Ни та ни другая серия порнографических видео не была произведена с целью продажи их на каком-то законспирированном рынке, это было лишь результатом действий родителей-фетишистов, которые бесплатно опубликовали материалы в файлообменных сетях, доступных для небольшого круга личных знакомых в ранний период публичного доступа в интернет. В дальнейшем были заявления осведомлённых лиц, что то ничтожное количество по-настоящему насильственной детской порнографии, снятой для бесплатного распространения по файлообменным сетям, было создано родителями, имевшими такое фетишистское хобби, а не организованными преступными группами, управляющимися незнакомцами, похищающими детей с целью производства детской порнографии на продажу большой международной сети клиентов (см. ниже о крайне важном распространённом мифе на предмет масштаба распространения детской порнографии в файлообменных сетях, сейчас и в прошлом).

Приведённые выше свидетельства и заявления в реальности совершенно логичны, поскольку как ФБР, так и организациям, выступающим за права молодёжи, хорошо известно, что наибольшее количество случаев ненадлежащего отношения к детям, включая, помимо действий сексуального характера, физическое насилие, психотравмы и даже убийства, совершается родными или приёмными родителями, а не незнакомцами. Очевидно, что текущей общественной системе очень трудно согласиться с этим тревожащим фактом, а поскольку политические надсмотрщики современного общества стремятся любой ценой сохранить иерархическую форму нуклеарной семьи, совершенно понятно почему для СМИ гораздо предпочтительнее продвигать концепцию «опасности со стороны незнакомца» и представлять дом как самое безопасное место для детей и младших подростков, несмотря на все хорошо доступные свидетельства обратного.

И вновь, это положение дел описывается здесь без какого-либо желания принизить институт родителей или роль семьи, просто нужно показать, что нынешнее положение, когда у молодёжи отсутствует большинство гражданских прав, а родители имеют почти полный контроль над каждым аспектом жизни своих детей, а также почти монополию на взаимодействие взрослых со своими детьми (помимо нескольких «специально допущенных» взрослых вне семьи, таких как учителя и тренеры, которым сейчас не рекомендуется устанавливать дружбу с вверенными им детьми по очевидным причинам, связанным с текущей педоистерией) и является той самой причиной, лежащей в основе самых масштабных и обычно наиболее жестоких случаев злоупотреблений в отношении детей, происходящих в современном обществе. Взаимная любовь между членами семьи — это прекрасная вещь, но привнесение столь большой власти в данную систему предсказуемо пятнает эту любовь в слишком многих случаях и является причиной злоупотреблений, а некоторые из наиболее бессовестных родителей нередко становятся причиной наиболее страшных их форм. Решение, предлагаемое борцами за права молодёжи, заключается не в том, чтобы разрушить семью или разорвать узы между родителями и детьми, а просто наделить знаниями и правами детей, чтобы им легче было сопротивляться или избежать подверженности какому-либо виду злоупотреблений или вреда, происходящего в их жизни, исходит ли он от незнакомцев, учителей, коллег по работе, сверстников или родителей.

По этой же причине, несмотря на эмоциональные заявления Маши и Кайли, попытки арестовывать людей, которые просто скачивают и просматривают их изображения, включая множество тех, кто весьма вероятно и не подозревает, что они якобы были сняты в условиях принуждения, а также учитывая то, что единственное место, где эти фотографии публично доступны — это сайты-ловушки, созданные ФБР в процессе крайне сомнительных с этической и конституционной точки зрения операций, не соответствуют демократическим принципам. Единственное решение, которое может сработать в демократической среде — это наделить юридическими и гражданскими правами детей и подростков, что значительно увеличит их возможности по намеренному избежанию злоупотреблений всех видов, и преследовать использующих принуждение производителей фото- и видеоматериалов с их участием. Следует отметить, что сейчас Маша Аллен судится с государством в результате операций после её вызволения, включавших использование изображений, по её словам сделанных в условиях принуждения, для создания ловушек федеральной полицией, таких как сайты-приманки.

После вызволения Маши из лап якобы отчима-насильника, она была помещена под опеку женщины, которая по её собственным словам сама была жертвой сексуальных посягательств. Эта женщина не только проиграла дело в суде, где она по-видимому легкомысленно обвинила своего пастора в сексуальных посягательствах, но она также обвинила своих родителей в участии в сатанинской секте, где её принуждали к участию в человеческих жертвоприношениях (помните приведённое в моей предыдущей публикации «The Importance of Truth» полное развенчание истерии сатанинского ритуального злоупотребления детьми?). Не оказал ли факт нахождения под опекой таких родителей искажающего влияния на Машино мировоззрение, наполнив его чувствами мести вместо облегчения, и не он ли послужил причиной её становления сторонником мстительных драконовских мер вместо действенных решений по наделению правами детей и подростков, которые могут оказаться в похожих ситуациях из-за родителей, склонных к злоупотреблениям своей властью? Может быть в этом и есть причина, почему Маша столь непреклонна в своём мнении о необходимости преследовать людей за просмотр фотографий с якобы насилием над ней, вместо того, чтобы сосредоточиться на концепции родительской власти, мешавшей ей покинуть приносящую страдания среду, в которой она оказалась? Стоит заметить, что Мэри Бет Буканан, адвокат, занимавшаяся делом Маши после её «вызволения», прекрасно знала о прошлом приёмной матери, под опеку которых передали девочку. Это заставляет нас задуматься, не умышленно ли это было сделано, не для повышения ли шанса, чтобы жертвы вроде Маши стали объектом абсурдной и движимой местью обработки со стороны новых приёмных родителей, дабы с большой долей вероятности обеспечить развитие у нее взглядов, способствующих продвижению политических установок, имеющихся у Буканан и других сотрудников правоохранительных органов. Источник этой информации см. здесь.

Тем не менее, несмотря на те совсем немногие голоса вроде выступлений Маши и Кайли, «великое молчание» продолжается и те немногие голоса протеста, что сейчас слышны, исходят от женщин, которых в детском возрасте родители принудили участвовать в сексуальных действиях на камеру. Речь не идёт ни о какой организованной международной сети посторонних личностей, а сами фотографии и видео были сняты для небольшой группы таких же фетишистов и распространялись через файлообменные сети без какого-либо участия денег, а вовсе не для обогащения через огромный подпольный международный рынок таких материалов. Дела эти двух женщин должны рассказать массу интересного об истинной сущности детской порнографии, которая не имеет ничего общего с городскими легендами, сочинёнными правоохранительными органами и их союзниками в СМИ.

Также благодарю моего коллегу F. за ссылку на ещё одну публикацию на сайте Inquisition21, где описывается как именно американская полиция часто создаёт преступления: Two Little Girls in a Doorway. Касаемо той публикации F. заметил: «Это было написано ещё до истории с Машей Аллен, но Машина история придаёт ей новое значение».

По теме файлообменных сетей и их связи с распространением детской порнографии, а также всех возникших на этой почве мифах, мой коллега Q. сделал следующие важные наблюдения:

Немного о файлообменных сетях.

Файлообменные сети требуют идентификации каждого пользователя, поэтому IP адреса всегда видны остальным участникам обмена через программу для подключения к такой сети, или при отсутствии такой возможности, с помощью несложных средств, применение которых не требует особых знаний. Это делает файлообменные сети крайне уязвимой платформой для обмена информацией, особенно нелегальной. Любые меры, предпринимаемые для сокрытия IP адреса, делают использование файлообменной сети менее эффективным для пользователя, поэтому они обычно избегают прибегать к ним. Не говоря уже об опасности передачи вредоносного ПО, которая существует помимо риска публичного раскрытия IP адреса.

Файлообменные сети достигли своего расцвета в эру обмена музыкой. Они хорошо соответствовали технологиям того времени. Активность в них начала снижаться по мере проникновения туда структур владельцев авторских прав и правоохранительных органов с целью борьбы с пиратским распространением музыки. Очевидно, что хотя использование файлообменных сетей для этой цели является незаконным, данный поступок лишён эмоциональной окрашенности, жестоких наказаний со стороны закона и приписываемых характеристик потребителей, которые есть у детской порнографии, поэтому неудивительно, что трафик нелегального обмена музыкой во все времена был гораздо больше, чем у детской порнографии. Я не знаю, есть ли где-нибудь анализ об использовании файлообменных сетей, непосредственно в части обмена детской порнографией. Однако, нетрудно сделать вывод, что наряду со снижением активности файлообмена по причине борьбы с незаконным распространением музыки и большим вниманием правоохранительных органов, обмен детской порнографией также пошёл на убыль. Заметим, что из-за устройства файлообменных сетей невозможно создать платёжную систему, которая позволяла бы давать выборочные права на скачивание каких-то файлов из них. Вот почему распространители пиратской музыки могут использовать их, а звукозаписывающие компании — нет. Это также означает, что любая детская порнография, попавшая в файлообменные сети становится пиратской и поэтому на ней невозможно заработать.

Традиционные файлообменные сети сейчас ещё существуют, но, из-за музыкального и видеопиратства (не запрещённых по другим причинам произведений), они наводнены сотрудниками правоохранительных органов, делая данные сети ещё менее безопасными для обмена любым содержимым, а детская порнография всегда будет куда более опасной для публикации и обмена, чем любая музыка. На смену им пришли сети на протоколе BitTorrent, работающие на ряде тех же основных принципов, что и их предшественники, но куда более стабильные, менее уязвимые к вредоносному ПО (хотя и не на 100%), лучше справляющиеся с файлами больших размеров, позволяющие создать систему платежей в какой-то форме, а также облегчающие задачу по сокрытию IP адресов без заметной потери эффективности. Однако структура обмена в таких сетях также затрудняет открытый обмен детской порнографией в них.

Резюмируя:

  • Общее развитие файлообменных сетей согласуется с развитием обмена (пиратской) музыкой
  • Нет оснований предполагать, что детская порнография когда-либо была значительной частью трафика этих сетей
  • Массовость использования этих сетей упала по мере того, как правоохранительные органы и структуры владельцев авторских прав внедрились в них в процессе антипиратских операций, но нет оснований предполагать, что это не повлияло на детскую порнографию, поскольку она также является нелегальным содержимым.
  • Поскольку система (старых) файлообменных сетей не позволяет использовать систему платежей, вся распространяемая в них детская порнография передаётся бесплатно (вне зависимости от того, была ли она снята с целью получения прибыли или нет).
  • то же справедливо и в отношении музыки (в виде mp3 файлов).
  • Из-за произошедших с тех пор изменений сейчас гораздо сложнее распространять детскую порнографию — новую или старую — через общедоступные каналы, как было в «золотой век» файлообмена.

Несколько интересных историй рассказал мой коллега из Нидерландов, выступающий под ником S.:

Взгляд на то, что считать детской порнографией, кардинально изменился за последние годы. Я ещё помню журналы Lolita в 70-х годах прошлого века. Тогда они были легко доступны, но их хватало на пару месяцев в те скудные времена.

Также интересны рейды по борьбе с детской порнографией в Украине. Материал LS студии, который я смотрел, ни по каким стандартам не подпадает под понятие детской порнографии, но под влиянием США весь этот бизнес был закрыт.

Файлообменные сети старого образца скоро станут историей, но не по причине доступности детской порнографии, а по причине нарушений авторских прав (что подтверждается сообщением на главной странице сети LimeWire):

LimeWire согласно постановлению суда от 26 октября 2010 года прекращает распространение программ для доступа к своей сети. Копию судебного решения можно найти здесь. Компания LimeWire LLC, её руководство и сотрудники предпринимают все шаги для исполнения решения. Недавно нам стало известно об опубликованных в интернете программах, якобы использующих имя LimeWire. Мы требуем, чтобы все пользователи, использующие программу LimeWire, а также имя или торговую марку для загрузки или скачивания любым способом защищённых авторским правом материалов, немедленно прекратили и в будущем воздерживались от подобного. Мы также напоминаем, что загрузка и скачивание защищённых авторским правом работ без разрешения правообладателей является незаконным.

Всё дело в деньгах. Боюсь, что лишь совсем немногие реально озабочены благополучием детей.

Последнее утверждение S. весьма интересно, если задуматься. Несмотря на факт, что файлообменные сети представлялись как бастионы обмена детской порнографией в последние десяток лет, крупнейшие создатели этого программного обеспечения ни разу не были закрыты какими-либо спецслужбами, пока они сотрудничали с полицией. Но сейчас на организаторов таких сетей оказывается большое давление со стороны правоохранительных органов с целью закрыть их по чисто финансовым причинам, связанным с деньгами, которые якобы теряют крупные медиакомпании по причине популярного использования этих сетей для скачивания музыки. Тот факт, что деньги господствуют над общепринятой нравственностью, не должен удивлять кого-либо в нашем капиталистическом обществе, поскольку таково обычное поведение бизнеса. Также это заставляет задуматься, не занимается ли правительство США, а также ряд контролирующих его крупных корпораций, тайным финансированием производства и продажи детской порнографии, если их бредовое заявление, что в реальности этим заправляет международный бизнес с многомиллиардным годовым оборотом, на самом деле правда.

Добавлено после написания статьи


Следующая заметка была написана моим коллегой S. в ответ на вышеприведённую публикацию. S. рассматривает «парадигму невинности» и его статья содержит ряд хороших замечаний об обожествлении понятия «детская невинность» в нашем современном обществе.

Многие люди считают детскую «невинность» по сути положительным качеством. Для многих это может быть справедливо. И действительно, незнание всей природы трагедии, пронизывающей жизнь (понимание смерти; понимание, что всё хорошее когда-нибудь заканчивается; что нет никакого присматривающего за вами благонамеренного и защищающего от всех бед бога, (потому что если бог существует, эмпирические данные показывают, что он не возражает, если с вами случается что-то плохое, вне зависимости от наличия или отсутствия на то веской причины (по крайней мере в глазах бога)) — приятно иметь возможность не утруждать себя всеми этими тягостными истинами, и кажется, что в детстве есть какая-то лёгкость, по крайней мере когда мы вспоминаем о нём. Из-за этого детство кажется нам гораздо лучше, чем взрослая жизнь (при условии, что наше детство не было суровым и у нас преждевременно не отобрали невинность).

Правда может быть в том, что детство не было столь беззаботным, как мы представляем его себе в минуты ностальгии. Но если пойти дальше, то у меня есть личный опыт, который показывает концепцию «невинности» в негативном свете. Невинность ужасала меня. Я прихожу в ужас от вещей, которые не знаю и не понимаю. Для меня, ребёнка, знавшего так мало об окружающем мире, этот мир был ужасающим местом. Только сейчас, когда я расту и узнаю о мире, его тайны раскрываются и покрытое тьмой становится явным. Чем больше я знаю, тем больше понимаю, тем меньше боюсь и тем сильнее становлюсь. Будучи невинным ребёнком я был слаб и уязвим, и я знал об этом. Для меня опыт был путём к облегчению этих мук. Конечно, жизнь трудна, но она гораздо легче, когда я точно знаю чего ожидать. И чего не ожидать — как зная, после десятилетий личного опыта, что в моём шкафу не живут никакие страшные чудовища, которые только и ждут, чтобы съесть меня. И имея достаточно понимания, способного подсказать, что незачем беспокоиться о чудовищах в человеческой форме, которые могут там прятаться, ведь вероятность этого настолько мала, что не стоит беспокоиться.

Я не хочу сейчас сказать, что каждый испытывает невинность таким образом, но смысл именно в этом. Невинность испытывается разными людьми по-разному и далеко не всегда это желательное состояние. Оберегать невинность ребёнка всеми способами, потому что мы сочли её хорошей вещью, может нанести вред ребёнку, если на самом деле всё не так (как было в моём случае). Поэтому, в некоторых случаях защита невинности ребёнка может быть большим злом, чем развеяние её, и мы не должны по умолчанию предполагать, что невинность нужно охранять повсеместно.

И кто знает, может гораздо больше людей относятся к невинности как я. В конце концов, сколь часто именно ребёнок просит сохранить его невинность и как часто он изменяет своему привычному образу поведения, дабы сделать обратное, желая испробовать жизнь? И когда ребёнок спрашивает, есть ли чудовище в шкафу, говорим ли мы, что ему лучше не знать об этом, или мы идём и открываем шкаф, дабы он убедился что конкретно там находится (и чего там точно нет)?

оригинал статьи

Комментарии

Где же вся эта толпа взрослых, чьё тело по логике должно быть покрыто ожогами от погашенных окурков, изрезано лезвиями ножей или покрыто следами ударов плёткой, почему они так и не показались перед СМИ с демонстрацией своих чудовищных увечий, дабы раз и навсегда покончить с этой якобы могущественной и высокодоходной индустрией?
Накаркает! Найдут, не примерно найдут таких "жертв", что бы оправдать очередной драконовский закон.

загрузит эту фотографию на сайт с комментарием вроде «Жги чурок!»
А ведь загружают и пишут подобного рода комментарии.

почему для СМИ гораздо предпочтительнее продвигать концепцию «опасности со стороны незнакомца» и представлять дом как самое безопасное место для детей и младших подростков
Как почему?! Их же тогда обвинят в дискриминации традиционного брака и попрании основ семейных ценностей. У нас в стране это называют "быть сторонником либерастии"! А это другая крайность - всеобщая гей- и лес-бизация, которую все без исключения педоистерики так же боятся! А порой считают равнозначными явлениями.
Лично я убежден, что педосексуалы, в основной своей массе, сторонники традиционной семьи, хотя и относятся уважительно к правам геев и лесбиянок.

Следует отметить, что сейчас Маша Аллен судится с государством в результате операций после её вызволения, включавших использование изображений, по её словам сделанных в условиях принуждения, для создания ловушек федеральной полицией, таких как сайты-приманки.
Умничка!

Дела эти двух женщин должны рассказать
А рассказал только об Маши :(

А что с того, что кто-то пишет? Похоже свобода слова для таких как вы Блондинка что-то незнакомое.
Или вы считаете, что насильники детей такое будут в интернете писать?
Ставлю пиво на то, что автром являетесь лично Вы, и тут отписались для поднятия своего авторитета в своём лице перед зеркалом.

Почему-то нет кнопки ответа на тему, а только ответ на комментарий к ней. Не знаю в чём магия.
Пока ещё всего не прочитал.
Но несколько лет назад у меня была бесседа с одним человеком, ранее он был из мафии, ещё он был гомосексуалистом. Тогда мы с ним сидели в кафе и он меня угостил по долгу службы (вербовка новобранцев в структуру,- где мы работали теперь и он был инструктором).
Вот он и отвечал на мои глупые вопросы по поводу легализации проституции и легализации наркотиков.
Первое и второе дожно принадлежать мафии, нынешняя мафия, это все правительства, и она контролирует своими спецслужбами всё.
И какой смысл ей давать право человеку продавать своё тело самому или ростить кайф в огороде, когда ему можно всё это запретить? Вынудить покупать спиртное и сигареты, касссеты с эротикой и смотреть видео про "секс для стариков со стариками"?
Если конаплю будут растить дома, то наркотики станет невероятно трудно сбывать на улицах. Пострадают все, даже милиция.
Если разрешить торговлю собственным телом, пострадают на этот раз лишившись законного контроля сутенеры. У них проституток не посадят в тюрьму, в отличии от проституции без крыши или хозяина.
Общество стремится быть хозяином.
Я понимаю, что наркотики и спиртное с сигаретами это разные вещи, но есть ведь и легкие наркотики. К тому же я, как не употребляющий ни того, ни другого, не могу судить об этом, как и о том, надо ли позволять более интеллектуально продвинутым людям разрешать уламывать на секс всех подряд детей, ради секса.

Спасибо, интересная информация.

>надо ли позволять более интеллектуально продвинутым людям разрешать уламывать на секс всех подряд детей

А что, интеллектуальная продвинутость является каким-то отягчающим обстоятельством в этом ключе?
То есть вы предлагаете сажать не только за секс, но и за попытку "уламывания" на него? Сейчас так и происходит - сажают за "развратную" смску.

Продвинутость наблюдается за меньше, чем 1%ом населения планеты. Я против секса ради секса. Пусть и не мне, девственнику судить об этом, всёже я против секса ради секса.
Скажем так, я сам против, но не считаю, что моё личное мнение должно быть распространено, ибо из-за распространения пострадают те, кто этим занят и рад этим бы заниматься всю жизнь, а это обе стороны.
Больше волнует следующее:
вы, как менее 1% планеты, в которой выше 90% быдло, не станете ничего делать плохого детям, а если разрешить секс с ними и секс им самим, то из 90% быдлонаселения трахать и насиловать ринется добрая половина. В их составе и дети под давлением всех систем, от родителей, желающих заработать на детях, и до самих детей, которые сами как японки со школы готовы снять перед мужиком на вокзале и продать свои собственные ношеные трусы, за кругленькую сумму.
Как говорил Рейден: Интересно, а что вы будете делать с этими?
Про цензуру я молчу, её надо отменить как таковую.

1. Мы не выступаем за легализацию всего подряд без разбора. Мы не поддерживаем принцип "сойдёт что угодно".
Мы за легализацию добровольных близких отношений без участия денег.
Любая коммерческая деятельность в этой сфере может и должна регулироваться.

2. Как вы ответите на опасения, что если возраст согласия будет изменён, количество случаев сексуальной эксплуатации детей возрастёт?
http://www.right-to-love.name/node/2#q32

Ну а теория, по которой при отмене ВС откуда ни возьмись вылезут толпы распущенных взрослых и начнуть насиловать всех подряд детей - это, конечно же, глупость. Общество долгое время вполне успешно существовало без ВС и каких-то особых преследований "за педофилию".

1. Регулироваться простите кем? Если это к примеру двеннадцатилетняя проститутка страны третьего мира, кормящая себя и свою семью.
Не в коммерческой стороне вопроса дело, а в разности психики, и разности людей.
Но это я так, просто подколоть хотел.

2. Возрастёт и ещё как. Эксплуатация и количество изнасилований и прочего тоже возрастут.

Это не есть теория, это есть наше с вами настоящее и силы сдерживания в нём. Только вот то,- ЧТО сдерживают и то, КТО это делает, Вам словершенно неизвестно.
Толпам распущенных вылазить не требуется, просто население переключится на дозволенные (если сделать по вашему) "продукты употребления". Раз дядька по телику разрешил, значит,- можно.
Общество существовало без ВС, а каков уровень интеллекта педофилов в нём был: Амёбный или Имфузориальный?
До вас так и не дошло, что если дать вам трахаться с детьми, то вы быстро забудете про свои поиски свободы и права человека, трахаясь с ними себе приспокойно в обоюдной радости обеих сторон.
Вся эта кутерьма затеяна лишь для того, что вам запрещено, и будь у Ложа другие задачи, разрешили бы вам это и в один мах смахнули бы всё, чем вы заняты, заняв вас семейными проблемами и отодвинув все поиски потомкам.

1. Двенадцатилетняя проститутка страны третьего мира занимается этим ремеслом как правило не добровольно, а вынужденно, по причине бедности, социальных проблем. Если мы заинтересованы в благе детей, то должны решать социальные проблемы этих стран. По-другому никак.
Попытка решать это через ВС - мёртвому припарки.

2. Неужели вы думаете, что при отмене ВС родители вдруг сами начнут отдавать своих детей первому попавшемуся взрослому для сексконтактов? Не будет этого.

Будет лишь устранена презумпция виновности взрослого, а также возраст участников как критерий преступления. Обе эти вещи недопустимы в демократическом обществе. От их введения сейчас распространяется зараза.

Толпам распущенных вылазить не требуется, просто население переключится на дозволенные (если сделать по вашему) "продукты употребления". Раз дядька по телику разрешил, значит,- можно.

Неужели вы верите, что у всех людей вдруг поменяется сексуальная ориентация?
Вот лично меня не тянет на мужчин. Что изменила для меня легализация гомосекса? Ничего.

Отношения с применением насилия, принуждения или обмана, никто легализовывать не призывает. Это также должно сопровождаться всеобщим сексуальным образованием и просвещением.
И это прямо противоположно тому, куда сейчас идёт общество: вместо прав - к репрессиям, вместо образования и просвещения в сексуальных вопросах - к сексуальному мракобесию.

ВС сейчас может и сдерживает некоторых людей, что и признаётся, например, в этой статье, http://www.right-to-love.name/node/19 , но кто думает о законах в состоянии опьянения или депрессии, когда не даёт жена?
Проблему сексуального насилия над детьми ВС полностью не решает, а его нежелательные побочные эффекты велики. Этому посвящено здесь много материалов.

В этой связи я рекомендую вам ознакомиться с материалами в разделе "аналитика" - там достаточно хорошо освещается "позиция за право выбора для молодёжи" - это именно то, за что мы выступаем, а не за "право трахать детей", как вы и педоборцы всё время пытаетесь выставить.

До вас так и не дошло, что если дать вам трахаться с детьми, то вы быстро забудете про свои поиски свободы и права человека, трахаясь с ними себе приспокойно в обоюдной радости обеих сторон.
Вся эта кутерьма затеяна лишь для того, что вам запрещено, и будь у Ложа другие задачи, разрешили бы вам это и в один мах смахнули бы всё, чем вы заняты, заняв вас семейными проблемами и отодвинув все поиски потомкам.

Посмотрите на ЛГБТ - после признания их в западных странах их движение никуда не исчезло, а наоборот, стало только сильнее и влиятельнее в обществе. Хотя по вашей логике после легализации они должны были бы разбежаться "трахаясь с ними себе приспокойно в обоюдной радости обеих сторон".

Общество существовало без ВС, а каков уровень интеллекта педофилов в нём был: Амёбный или Имфузориальный?

Не очень понял, что вы хотите этим сказать. Уровень интеллекта был такой же, как и сейчас. Люди не изменились, вторая голова за последние 150-200 лет у них не выросла. По логике нынешних властей, объявивших сексуальный контакт между взрослым и ребёнком ЧУДОВИЩНЫМ злодеянием вне зависимости от всех остальных факторов, общество прошлого должно было бы впасть в страшный хаос и самоуничтожиться, ведь в нём с этим безобразием никто централизованно не боролся.

см. также http://www.right-to-love.name/node/155

Репрессии и любое мракобесие, не являются результатом действующих на планете законов, они есть мотиваторы поддерживающие борьбу людей с этими проблемами, ибо только так общество не начнёт гнить окончательно. Мир равно гниение."Покой=вечный покой, а вечный покой это смерть."
Я вовсе не сторонник ВС, зря dodo (это ведь он и есть Л****) не читал мою книгу.

Отдавать? Да нет, но вы же не совсем за это, вы выступаете за полные свободы. Трахать всем всех можно, если есть желание. Это при том, что 90% это быдло, готовое громить и резать-убивать всех и вся, когда их команда по футболу проиграла. Я уже писал, что осознающих и отвечающих за себя меньше процента. И чтобы этот процент держался, вам и запретили свободы. А то и вас не останется, только скот тупой, готовый есть пить и гадить. Что означает мгновенную зачистку планеты от такой погани.

ЛГБТ уже давно стало тем, что можно назвать раковой опухолью. Единственное её назначение, вместо борьбы за свободу, теперь борьба за сохранения сознательности у этого единственного процента сознательных, тех же вас.
И вы скатитесь к тому же или даже хуже.
Найдите хоть одного из ЛГБД, кто бы пытался исследовать продолжающиеся разработки гос-машинами оболванивания масс, ради чего-то. Я хоть взгляну на такого.

Без притеснений и гонений человеческое существо всегда стремится только к покою. К лежанию и прозябанию. К гниению. Дабы избежать такого разложения, вводятся определенные условия. Запреты и табу и многое другое, что побуждает к войне, внутри себя у людей.

Вы же не только против педоборцов, вы же против оболванивания, против чипов, против религий (зомбирования масс), против многих вещей, обеспечивающих работу по разжиганию деятельности в тупых изначально кусках мяса, людях.
Для того, чтобы вы против них боролись, они и являются вашими рабами. Из верхушек, где всем управляют никто живым выбраться не способен и обязан всю жизнь со своими миллиардами крутиться как белка в колесике, дабы продолжать поддерживать недовольство и бунт в душах, выписывая новые законы, от которых ничего хорошего быть не может.

http://megalyrics.ru/lyric/vocaloid/doch-zla-dot-dot-dot.htm